Антиклерикальная идеология Ренессанса возродила меценатство, а позднее в Новое Время богатые с «доброго совета» Мальтуса и А. Смита взяли на себя почин альтруизма и благотворительности: «Одно из полезнейших действий благотворительности заключается в ее полезном влиянии на самого благотворителя. Гораздо приятнее делать добро, чем получать его» (Т. Мальтус). И можно отметить то, что многие деньги на благотворительность принесли пользу обществу. То есть подобный социальный процесс — позитивен. Его недостаток заключается в том, что он был стихийным, и зависел в целом от «доброй воли» богатых людей, в то время как их «злая воля» на протяжении всей классовой борьбы была перманентной. В конце концов, все пришло к негласному соглашению о том, что государство берет на себя всю социальную ответственность, а также в частном порядке, благотворительность будет сглаживать социальные противоречия.
Современная социальная политика развитых стран требует от экономики и бизнеса брать на себя реализацию крупных социальных проектов. Это связано, прежде всего, с повышением квалификации и наукоемкости социальных ресурсов. То есть экономике для роста нужны здоровые и образованные кадры. Стандартные государственные решения здесь уже не годятся. Постепенно многие образовательные, культурные, медицинские благотворительные проекты становятся сферой инвестиций в людей, и, в конечном счете, бизнесом. В целом это направление в виде «некоммерческих» фондов типа фонда Форда или Сороса — правильное. Но оно заинтересовано в экономической отдаче и возврате вложений. А это в какой-то степени тоже эксплуатация, «злая воля»: еще множество людей остается за бортом жизни.
В данной ситуации прогрессивные силы развития — люди, которые выбивали из буржуазного государства и элиты права для простых граждан и делали общество более социальным — должны переходить к следующему этапу в построении более справедливого общества. Обществу и государству следует вторгнуться в сферу частного интереса, то есть в сферу использования богатыми людьми своей прибыли. Богатство и методы его использования должны стать объектом всеобщей дискуссии и общественного мнения. Цель — сформировать новый государственный и социальный интерес в отношении этики богатства: «Плохо быть богатым в бедной стране». За бедность обязаны отвечать все, кто является ее причиной: и государство, и богатые, и сами бедные. Но бедным необходима надежда, чтобы не опуститься. Вот поэтому и нужен такой социальный проект: богатый человек должен тратить не только на себя и свою семью, но и на общество, и не только в виде налогов государству, но и напрямую в общество. Это будет вменяться ему как необходимая обязанность и ответственность, а также как моральная ценность всего общества. Роскошь и неадекватная растрата богатства будут не только осуждаться обществом, но также будет нетерпимой, вызывать социальный протест. И даже преследоваться государством.
Потому что богатство — не только великий труд, великий риск, а порой и великое преступление, но и великая удача. Любая статистика, любая теория вероятности, да и просто жизненный опыт показывают, что далеко не всякому выпадает шанс стать богатым. К бизнесу вообще способно лишь 7-10 % людей в обществе, а остальным что делать? И вообще подобная социальная ответственность по трате своей прибыли перед обществом идет на благо самим богатым. Их будет еще больше защищать государство, так как они снимут с него часть бремени за общество. Общество будет их ценить, потому что их удача и достижения будут общими. В конце концов, богатство перестанет быть постоянным моральным упреком и фетишем социальной борьбы, а богатые обретут возможность стать примером для будущих поколений и обретут не внешний, но духовный, подлинный аристократический лоск и достоинство.
Сверхроскошь легитимна лишь, если обеспечивает достаток большинства.
А самое главное не верьте главной заповеди экономизма: «Деньги решают все»!
Люди решают все!
В начале ХХ века политическая карта мира свидетельствовала: капитализм, утвердившийся в передовых странах, проник в самые отдаленные уголки земного шара. Форпосты капиталистической цивилизации стояли не только на берегах Темзы и Сены, но и в Конго и на Ганге. На Западе устои капитализма, строя, покоящегося на эксплуатации человека человеком, представлялись незыблемыми.
