Национальная идея России полностью

В вопросе о российской идентичности важно понимать, что в сложной по составу населения России существуют две основные, не исключающие друг друга формы самосознания, – по стране и по своей этнической принадлежности: я и русский, и россиянин. Полезно подвести итог дебатам о соотношении русского и российского и ясно сказать, что русское входит в российское, составляет его основу, однако именно российская идентичность и российский народ есть основополагающая категория нашей государственности. Без русского нет российского, но без российского нет России.

Наконец, все крупные страны мира не снимают также с повестки своего государственного строительства идеи нации. Ситуация с пандемией показала, что гражданские нации с их суверенной государственностью не сходят с исторической арены, а обеспечивают фундаментальные запросы людей и защищают их от внутренних и внешних угроз, природных и техногенных катаклизмов. Сегодня гражданский национализм как политика отстаивания национальных интересов в современном мире – это синоним патриотизма. Он играл и продолжает играть важную роль в жизни государств. Именно таково подлинно научное видение мира, современных наций и России как одной из ведущих наций мира. Метафора страны как цивилизации важна, но представляется, что более строгая категория нации-государства важнее.

Историческая общность российский народ тем самым прошла через долгие и многие испытания. Созданное ею и принадлежащее ей государство под меняющимися названиями Российская империя – СССР – Российская Федерация (Россия) остается на мировой карте одним из самых сильных и влиятельных национальных государств. Можно по-разному называть наш народ и определять его как нечто особое в концерте современных наций-государств, но одно остается неоспоримым – такая общность была и есть. В ее основе само государство с его территорией и ресурсами, общие прошлое и сохраняющаяся о нем историческая память, общие культура и язык, правовые и духовно-нравственные ценности. Это все те признаки, которыми во все времена и определяется категория нации.

Я начинал эту книгу полемикой с оппонентами, считающими невозможность осуществления национального проекта в России. Их аргументы сводились к положениям о несвоевременности или невозможности в России национального строительства на гражданской полиэтничной основе. В книге показано, в том числе и на примере других крупных полиэтничных государств, что это совсем не так и что вариант российского национального проекта есть единственной возможный вариант самообозначения нашей страны и ее народа. Кажется, наши оппоненты также приходят к этому выводу, ибо один из прошлых отрицателей пришел к выводу, что при наложении «российскости» и «русскости» последняя означает приглашение к ассимиляции, т. е. стать русскими. Но миллионы граждан России веками сохраняют свою идентичность и идентифицируют себя как русских. В таком случае равенство и согласие в одном с русскими государстве всем остальным обеспечивает концепция российской нации[298]. Этот вывод фактически повторяет сказанное век тому назад русским философом Г. П. Федотовым о необходимости расширения русского до российского во имя сохранения России. К этому трудно что-либо добавить.

За нами – учеными, писателями, публицистами – остается главная миссия просвещения российского народа об его истории и современной жизни, в которой сосуществуют, взаимодействуют и сохраняют свою страну люди разных национальностей, вероисповеданий, традиций и нравов, но остаются в то же самое время единым целым и суверенным сообществом среди других наций мира.