Двадцать третий (двадцать девятая книга) серии "Вечный капитан". Апрель !904-го года. Идет Русско-японская война. Наш герой оказывается в Порт-Артуре и выдает себя за штурмана с португальского парохода, якобы налетевшего на мину. Это помогает ему обзавестись документами и заработать деньги на вывозе мирного населения из осажденного города. Затем он перебирается в Одессу, в то время один самых продвинутых городов не только России, но и мира. В то время Российская империя, которую мы потеряли, находилась на подъеме. в начале своего Золотого века. к сожалению, прерванного манкуртами. Наш герой оказывается в городе, бурлящую из-за революции, где учится в университете, занимается бизнесом, творчеством. и заодно реализует приобретенные ранее навыки для совершения дел, которые не всегда дружат с уголовным кодексом. Затем начинается Первая мировая война, и он служит сперва офицером-артиллеристом, а потом летчиком.
НАЦИОНАЛЬНОСТЬ — ОДЕССИТ
Двадцатый третий роман (двадцать девятая книга)
цикла «Вечный капитан»
1. Херсон Таврический (Византийский).
2. Морской лорд.
3. Морской лорд. Барон Беркет.
4. Морской лорд. Граф Сантаренский.
5. Князь Путивльский.
6. Князь Путивльский. Вечный капитан.
7. Каталонская компания.
8. Бриганты.
9. Бриганты. Сенешаль Ла-Рошели.
10. Морской волк.
11. Морские гезы.
12. Морские гёзы. Капер.
13. Казачий адмирал.
14. Флибустьер.
15. Флибустьер. Корсар.
16. Под британским флагом.
17. Рейдер.
18. Шумерский лугаль.
19. Народы моря.
20. Скиф-Эллин.
21. Перегрин.
22. Гезат.
23. Вечный воин.
24. Букелларий.
25. Рус.
26. Кетцалькоатль.
27. Намбандзин.
28. Мацзу.
29. НАЦИОНАЛЬНОСТЬ — ОДЕССИТ.
1
Мацзу помогла мне не только в предыдущей, но и в новой эпохе. В том направлении, куда она бежала по волнам, был берег. Я определил это по шуму разбивающихся волн. Погреб туда не спеша. Вода была теплая, агрессивных акул и кайманов здесь не бывает, потому что зимой холодновато. Голова малость потрескивала после встречи со столешницей, а на лбу зудела от соленой морской воды шишка, довольно большая. Обычно я выздоравливал, переместившись. На этот раз не повезло.
Сперва я подумал, что раздался ядреный такой раскат грома над материком. Вот, думаю, тайфун выдохнул напоследок не той стороной. Во второй раз прогрохотало еще мощнее и ближе, над морем. Звуки больше походили на разрывы бомб. Затем последовал обратный залп с моря, но взрывы я не услышал. На этом перестрелка и закончилось. Кто-то где-то неподалеку с кем-то повоевал на скорую руку. Видимо, было невтерпеж, не могли дождаться окончания тайфуна. Стреляли бомбами, значит, как минимум, попал я в девятнадцатый век. Уже хорошо. Было у меня опасение, что опять окажусь в каком-нибудь тысячелетии до нашей эры, когда перебраться из Желтого моря в Черное или хотя бы Красное — проблема трудноразрешимая, успеешь пожелтеть, покраснеть и почернеть по несколько раз. Надоела мне Азия, пора поближе к родной земле.
Берег оказался высоким. Я не сразу понял это. Темная земля сливалась с черным небом. Я почему-то ожидал, что будет низким, и не обращал внимание, что на высоте метров сто над уровнем моря цвет сменяется на более светлый. Меня больше беспокоило, не плыву ли я к скале, на которую не смогу забраться? Волны будут бить меня об нее, пока не кончится шторм. В бытность курсантом я по пьянке решил искупаться во время шторма на плохо оборудованном участке пляжа Отрада. Спрыгнуть в воду с волнореза, заливаемого волнами, не составило труда, а вот взобраться на него не получилось. Волна поднимала меня, била о каменный бок его и тут же стремительно оседала, на давая залезть. После нескольких попыток, ободравшись до крови, я рванул к берегу, покрытому валунами, где меня прокрутило, как в стиральной машине, и выплюнуло окровавленного на гальку. Глубоких ран не было, только мелкие порезы о мидии и содранная кожа, но выглядел жутковато. Впрочем, распитая на двоих с более умным однокурсником бутылка сухого кислого белого вина «Ркацители», которое мы называли «Раком до цели», судя по тому заплыву, не случайно, примирила меня с реальностью.
Я начал разворачиваться, заодно переворачиваясь на спину, чтобы выставить ноги вперед и оттолкнуться от скалистого берега, если окажется таковым, и вдруг обнаружил, что они касаются дна, причем глубина в том месте была по грудь. Дно неровное, много камней, с которых меня сбивало волнами, но все равно это лучше, чем бултыхаться, не зная, сколько еще придется. Я доплыл — и это главное. Вторым приятным открытием было то, что скала у воды оказалась пологой, с узенькой галечной полоской. Точнее, это был каменистый холм, внизу местами покрытый травой, а выше попадались кусты и низкие тонкие деревья, за которые я хватался, карабкаясь по нему. Вершина была лысой и неширокой. На противоположной стороне ветра не чувствовалось, поэтому я выбрал относительно ровную площадку между двумя деревьями по бокам и густыми кустами ниже по склону и расположился на ночлег на спасательном жилете, положив под голову мешок с барахлом. Рядом сушился лук, прислоненный к дереву, и лежало другое оружие. Черт его знает, кто с кем воюет. По моим расчетам я на территории Китая, где любой европеец во все века уж точно не друг, а во время военных действий грохнуть его — святая обязанность каждого уважающего себя патриота, желающего стать немного богаче.
