Среди жителей Джакарты распространены два названия Национального музея. Одно из них — «Дом слона», которое музей получил из-за бронзовой скульптуры животного, стоящей перед зданием, второе — «Дом статуй» — более точно отражает содержание его коллекции, в которой собраны разнообразные предметы искусства, в том числе множество изваяний, представляющих как буддизм или индуизм, так и анимистические верования коренного населения. В настоящее время в музее хранится более 100 тысяч экспонатов, характеризующих яркую и богатую историю, культуру и искусство Индонезии. Обложка: Ковш.
Официальный сайт музея: www.museumnasional.or.id
Адрес музея: Jalan Medan Merdeka Barat 12, Джакарта.
Телефон: (021) 386 81 72.
Часы работы: Вторник — четверг, воскресенье: 8:30–14:30, пятница — суббота: 8:30–13:30.
Понедельник — выходной день.
Цены на билеты: Иностранные граждане — 10 000 INR.
Информация для посетителей: По территории Национального музея проводятся бесплатные туры: по вторникам, четвергам, а также каждую вторую субботу и последующие воскресенья месяца — на английском языке; каждую третью среду месяца — на французском.
Среди жителей Джакарты распространены два названия Национального музея. Одно из них — «Дом слона», которое музей получил из-за бронзовой скульптуры животного, стоящей перед зданием. Она была подарена в 1871 королем Таиланда и с тех пор украшает музейный двор. Второе название — «Дом статуй». Оно более точно отражает содержание музея, в котором собраны разнообразные произведения искусства, в том числе множество изваяний, представляющих как буддизм или индуизм, так и анимистические верования коренного населения.
Не зная истории Индонезии, островного государства, трудно понять, как оказались вместе такие разные экспонаты — китайский фарфор и деревянные статуэтки предков местных племен, буддийская скульптура и мусульманские регалии молуккских султанов.
Исследования, проводившиеся на территории страны, показали, что с глубокой древности здесь обитали люди, которые являются носителями различных археологических культур. С первых веков нашей эры в Индонезии фиксируется появление китайского влияния. Судя по имеющимся материалам, можно говорить о том, что китайские интересы были связаны в основном с торговлей специями и экспортом товаров (в первую очередь керамики и фарфора). Очевидно, что расцвет китайской торговли — время правления династии Тан (618–907). Примерно с VIII столетия практически повсеместно здесь прослеживается мощное влияние Индии, вместе с которым пришли буддизм и индуизм. С X по XIV век на территории будущей Индонезии существовало несколько крупных государственных образований, в идеологии которых господствующую роль, как правило, играл индуизм. В это время происходит формирование искусства, совместившего в себе разнообразные местные черты, а также черты буддийской и индуистской иконографии.
С конца XII столетия на архипелаге появляются торговцы-мусульмане, они принесли новую религию. Постепенно ислам находил все больше и больше последователей среди жителей. С мусульманами на острова пришла и новая система управления — султанат, и в начале XVI века в Индонезии начинается эпоха султанатов. Однако если мусульманские султанаты радикально изменили систему местного правления, то исламское искусство стало составной частью уже сложившейся художественной традиции.
В том же столетии здесь появились и первые европейцы — португальцы. Для жителей Старого Света Молуккские острова, которые сейчас входят в состав Индонезии, были неиссякаемым источником сверхприбылей. Мускатный орех и другие специи, произрастающие здесь, стоили огромных денег в Европе, и торговля ими приносила португальцам большие дивиденды. Однако в начале XVII века нидерландская Ост-Индская компания вытеснила их практически со всех островов архипелага. В 1619 на месте поселения Сунда-Келапа (Джаякерта) на северо-западном побережье острова Ява генерал-губернатор нидерландской Ост-Индии Ян Петерсон Кун основал форт Батавия, который стал столицей колонии. Европейцы с их материальными целями не были заинтересованы в развитии культурного взаимодействия с коренным населением. Однако, как это обычно бывает, некоторые из них все-таки проявляли интерес не только к «гвоздике и перцу», но и к местным культуре и искусству.