— Нет? Ладно. - Ксавьер лизнул его ухо и вытащил палец. - Скоро ты будешь умолять меня об этом.
Сейдж закрыл глаза.Он почувствовал себя странно.. Пусто.
— Я тебя ненавижу, - процедил он сквозь зубы, поворачивая голову, чтобы посмотреть на Ксавьера. Он старался изо всех сил не смотреть на эрекцию Ксавьера.
— Конечно, ты так думаешь, Красавчик.
* * *
На следующий день его девушка пришла к нему на визит..
Сейдж смотрел на нее сквозь стекло, которое разделяло их, и пытался найти, что сказать. Лаура выглядела прекрасно, как всегда, ее сердцевидное лицо было очень красивым и очень женственным. Она также выглядела тут очень неуместно.
— Как… как ты? — сказала она в телефон.
Сейдж усмехнулся с иронией.
— Как ты думаешь?
— Ты… ты выглядишь хорошо, — сказала Лаура после паузы.
Он едва не засмеялся. Если бы она только знала. Если бы она только знала, как сильно ему хотелось бы не выглядеть хорошо. Если бы он был уродливым, никто бы не обратил на него внимания. Если бы он был уродливым, Ксавьер…
Сейдж отогнал эту мысль. Нет; он не будет об этом думать. Не тогда, когда его девушка здесь.
— Спасибо, — пробормотал он неловко. - Как учеба?
— Хорошо, — ответила Лаура.
Неловкое молчание затянулось между ними.
Сейдж уставился на неё, впитывая её в себя. Он скучал по ней — скучал по своей старой жизни до всего этого. Он любил её. И всё же… Он чувствовал себя таким отдаленным от неё. Она принадлежала другому миру. Миру, в котором он был просто обычным парнем, которого не трогали на публике.
Его лицо горело, Сейдж отвёл взгляд и посмотрел вниз.
— Ты не обязана меня навещать, знаешь,- сказал он, не глядя на неё. - Ты не обязана ждать меня. Год — это долго.
Молчание.
— Ты… ты хочешь, чтобы я ждала?
Вздыхая, Сейдж провёл рукой по лицу.
— У меня нет права просить тебя об этом. Я всё испортил, теперь я расплачиваюсь за свою глупость. - он подарил ей кривую улыбку. - Ты не обязана ждать меня — только если ты действительно хочешь.
Её голубые глаза блестели от слёз. Медленно она кивнула.
— Ваше время вышло, — сказал охранник, подходя к нему.
Сейдж положил трубку и позволил охраннику вести себя, его сердце было тяжёлым.
Он говорил себе, что так будет лучше. Лаура всё равно не захотела бы его, если бы узнала, что происходит.
Это было к лучшему.
* * *
Это стало рутиной. Каждый раз, когда они были в душе, Ксавьер просовывал палец в него, и к концу месяца Сейдж так привык к этому, что палец Ксавьера не встречал сопротивления. На самом деле… он начал чувствовать, что одного пальца недостаточно. Ему хотелось большего. И он действительно хотел кончить, но отказывался дрочить с пальцем Ксавьера внутри. Он отказывался доставлять Ксавьеру такое удовлетворение.
Сейдж ненавидел его. Он ненавидел его и презирал, что в последнее время это дошло до того, что он становился полутвердым, как только они заходили в душ. Ненавидел, что он становился твердым в тот момент, как только палец Ксавьера касался его задницы. Ненавидел, что он начал извиваться на пальце Ксавьера.
Ненавидел, что он хотел большего.
Сейдж был так сексуально напряжен в последнее время, что ему хотелось кого-то ударить. Предпочтительно Ксавьера.
Он сломался через две недели.
Они снова были в душе. Сейдж прижал лоб к стене, пока Ксавьер водил пальцем внутрь и наружу его дырочки. Это было слишком медленно, и Сейдж не мог это вынести. Он оттолкнулся назад, постанывая, когда палец Ксавьера сильно терся о его простату. Люди смотрели на них, но Сейдж не мог заставить себя волноваться. Он был слишком далеко, чтобы заботиться.
Он всхлипывал, когда Ксавьер вставил еще один скользкий палец и начал трахать его ими. Это было хорошо. Слишком хорошо.
Сейдж закрыл глаза, сжал рукой свой член и начал дрочить. Он пытался думать о своей девушке, но большая рука Ксавьера, гладящая его живот и задницу, делала это невозможным. У него были мужские пальцы в заднице, и ему это нравилось. Но сейчас ему было все равно, как неправильно и грязно — и по-гейски — это было.
Сейдж стонал, когда пальцы Ксавьера начали двигаться быстрее. Он хотел кончить. Он горел от этого. Он гладил свой член, из его губ вырывались тихие стоны, пока Ксавьер мучил его простату. Он не был геем. Он не был. Но, боже, это было так хорошо.
Ксавьер засунул третий палец, и жжение заставило Сейджа закричать и кончить, дрожа всем телом, его колени едва держали его.
Когда Сейдж открыл глаза, осознание того, что только что произошло, ударило его очень сильно: он кончил с пальцами Ксавьера внутри него. Другой мужчина заставил его кончить. И все это видели.
В замешательстве Сейдж отскочил от Ксавьера. Он намылил себя полностью, пытаясь игнорировать насмешки.
Он отказался смотреть на Ксавьера.
* * *
Они не говорили об этом.
Сейдж игнорировал Ксавьера, и Ксавьер позволял ему игнорировать его.
В следующий раз, когда они были в душе, Сейдж напрягся, ожидая, что Ксавьер снова засунет пальцы, но он этого не сделал.
Это выбило Сейджа из колеи.
Он говорил себе, что рад — и действительно был. Быть трахнутым в общественном месте было ужасно унизительно.
Он
* * *
