— Пусти меня, — потребовала она, пытаясь сдержать предательские слёзы. Но он не пустил, а только теснее прижал к себе.
— Ну что ты, милая, не плачь, — приговаривал он, поглаживая Рию по спине.
Раньше это успокаивало Рию, но не сейчас. Сейчас это только разозлило её ещё больше.
— Да пусти ты меня, — оттолкнула она его, и Франко отошёл на шаг назад.
Он выглядел растерянным, но лишь мгновение. Растерянность сменилась гневом, и Рия была быстро прижата к сильному мужскому телу, а её возмущения были остановлены грубым поцелуем. Именно в таком положении дел и тел нашла их Наоми, которая спустилась вниз, узнать новости о Рии.
Прозвенел будильник, вырывая меня из объятий Морфея и мужчины, с которым я провела, наверное, самую потрясающую ночь в моей жизни. Вот честно, не помню, чтобы я заводила его так рано. Ещё не расцвело, поэтому я, прикусив губу, зарылась в одеяло поглубже, игнорируя смешок Доменико у самого уха.
— Пора вставать, — прошептал он, а я завертела головой, протестуя. Не хотелось выбираться из постели, особенно, когда рядом со мной лежал такой мужчина, прижавшийся ко мне обнажённым телом. О боже, это тело…
— Ай, — простонала я, когда Дом шлёпнул меня по попе, потому что я не хотела вставать. — Ещё пять минут, — протянула я, обнимая подушку.
— Никаких пять минут, вставай, — он снова шлёпнул меня по попе.
— Тиран! — возмутилась я, уткнувшись в подушку, за что была стащена с кровати.
Я вскрикнула, когда Дом потащил меня за щиколотки с постели, а после подхватил на руки.
— И кто там тиран? — растянул он губы в улыбке.
— Ты, — смотря ему в глаза, ответила с вызовом я, и снова ойкнула, когда он бросил меня на кровать.
Когда же Дом снова навис надо мной, я состроила невинную рожицу и надула губки.
— Умываться?
Он какое-то время смотрел на меня, а потом рассмеялся и чмокнул меня в кончик носа.
— Да, умываться, — поднимаясь, ответил он и протянул мне руку, которую я приняла.
Но стоило нам оказаться в ванной комнате, как Дом накинулся на меня, сгребая в объятия и целуя.
— От тебя сложно оторваться, — прохрипел он, а я хихикнула.
Когда он усадил меня на стиральную машинку и встал между моих раздвинутых бедёр, я не удержалась и вонзила свои ноготки в его упругий зад.
— Кому-то не терпится? — спросил он, собирая мои волосы в хвост и оттягивая голову назад.
— А кто-то не торопится, — подразнила я его, за что получила грубый и властный поцелуй.
В общем, процесс "умывания" у нас прошёл бурным, и теперь я стояла перед плитой, варила кофе и поджаривала яичницу, а Доменико, прислонившись к косяку двери, наблюдал за мной.
— Ты всегда пританцовываешь, когда варишь кофе?
— Ум-м… — протянула я, оборачиваясь к нему. — А да, всегда. Ну и ещё у меня всегда фоном играет что-нибудь из старого рока.
И в подтверждение своих слов, я схватила пульт от центра и врубила маленький магнитофон, стоявший на холодильнике. Заиграли Guns N'Roses — Don't Cry, и я немного смутилась.
— Мне нравится. Хороший вкус.
— Он у меня от родителей.
— О-о-о…
— Ага.
— На счёт твоих родителей…
Услышав о них, я напряглась. Он же не надумал после всего того малого, что между нами было, знакомится с ними? Я на это надеялась. Потому что боялась, что они не поймут меня.
— Часто они у тебя отсутствуют? — поинтересовался Дом.
Этот вопрос заставил меня задуматься.
— Ну-у-у… они очень любят проводить время на даче, поэтому, — пожала я плечами, — они почти круглогодично там живут.
— А ты развлекаешься?
Я посмотрела на него и уже хотела обидеться, как он заулыбался, заражая меня.
— Нет, не развлекаюсь. Я очень серьёзная девушка.
— Вижу.
Я закатила глаза и поставила на стол две чашки с кофе, а потом и две тарелки с яичницей. И как только мы принялись за завтрак, у него зазвонил телефон. Доменико выругался и извинился.
Скинув звонок, он продолжил завтрак, но звонок повторился. Тогда он снова скинул его. И опять раздалась мелодий звонка.
— Может, ответишь? Вдруг что-то важное.
Он как-то странно посмотрел на меня и ответил на звонок.
Я наблюдала за ним, пока он разговаривал с кем-то по телефону, и, похоже, это был не самый приятный разговор. Доменико постоянно хмурился и поджимал губы, пока его собеседник что-то говорил.
— Марго, хватит, — выкрикнул он, поворачиваясь ко мне спиной и выходя из кухни. Я же осталась сидеть за столом с недопитым кофе. Его поведение заставило меня задуматься, а это имя…
— Твою мать, — выругалась я, и со стуком поставила чашку на блюдце. — Вот же дура легковерная. Похотливая сучка.
Я прикрыла глаза, стараясь успокоиться, но к счастью или нет, мне это не удалось. Когда он зашёл на кухню, меня трясло, и похоже, он это заметил.
— Что случилось?
— Я смотрю, вас невеста потеряла, синьор Де Лука, — скрестив руки на груди и откинувшись на спинку стула, проговорила я таким тоном, что самой стало мерзко. Он прищурился, и какое-то время разглядывал меня, а потом сказал:
— Тебя это не касается.
