– Я совершила просто огромнейшую ошибку. Это должен был быть просто секс. – Раздвинув пальцы, она смотрит на меня, словно из убежища. – А точнее, этого вообще не должно было произойти!
На мгновение я теряю дар речи. В голове появляется миллион вопросов, но больше всего меня волнует, почему Полина считает произошедшее ошибкой. Если она впустила кого-то к себе в постель, то это точно был не просто секс.
– Я его знаю?
Она молчаливо качает головой.
– Вино, Мира. – Полина отодвигает от себя стакан с соком.
Я выполняю ее просьбу, она выпивает все до капли и вскакивает со стула.
– Если ему позволено веселиться, то почему я должна себе отказывать? Присмотри за моей сумочкой. – Она резко кидает мне клатч, и я едва успеваю его поймать.
Подняв руки вверх, подруга, покачивая бедрами, направляется в самый центр толпы и принимается танцевать. Клянусь, эта ситуация становится только запутаннее.
Я остаюсь за баром и присматриваю не только за сумочкой подруги, но и за ней самой. К ней то и дело подходят парни, но Поля, словно в трансе, продолжает танцевать, совершенно не обращая на них внимания.
– Надо же, не знал, что у Макса работают такие горячие барменши, – слышу я мужской голос.
Поворачиваю голову и натыкаюсь на пристальный взгляд черных глаз. На губах парня красуется наглая ухмылка. Руки сложены в замок на барной стойке, а мускулистые плечи обтягивает черная футболка, открывающая вид на татуировки. Темные волосы уложены в легком беспорядке, словно с ними уже кто-то играл. Взгляд изучающе бегает по моему телу, и у меня складывается ощущение, что в его мыслях я уже обнажена.
Еще один похотливый знакомый Макса. Мне не привыкать, когда меня клеят, поэтому пропускаю мимо ушей его замечание.
– И как же тебя зовут? – Он растягивает слова с каким-то странным акцентом.
– Не думаю, что могу поделиться данной информацией. Что ты будешь?
Складываю руки на груди, чтобы хоть как-то прикрыться от этого липкого взгляда.
Парень ухмыляется.
– Пиво.
Я быстро достаю бутылку и ставлю перед ним. Незнакомец делает несколько глотков и, облизнув губу, в очередной раз проходит по мне взглядом. Я инстинктивно закатываю глаза.
– Так как тебя зовут? – Он придвигается ближе и повышает голос.
Дима начинает отбивать ритм песни, давая понять, что мне пора подняться на сцену.
– Дай угадаю: потом ты попросишь мой номер и пообещаешь незабываемую ночь? – иронично замечаю я, прикусив губу.
– Возможно. – Он подзывает меня пальцем, и я едва сдерживаюсь, чтобы не вызвать охрану и не выставить его на улицу. Наверняка он привык, что после этого жеста девушки тут же прыгают к нему в постель. И все же, решив подыграть, подхожу ближе. – Но в моем случае я никогда не бросаю слов на ветер.
Какой стандартный подход! Парень кажется мне смутно знакомым, но если так подумать, то все друзья Макса как на подбор: дерзкие, туповатые, не видят ничего дальше собственного носа.
– Знаешь, я тоже предпочитаю держать слово. – Я наклоняюсь, и между нашими лицами остается всего десяток сантиметров. Парень облизывает губу, и я бросаю на него вызывающий взгляд. Мой голос понижается до шепота: – Так вот, если хочешь еще хоть раз зайти сюда, держи свои руки и глаза подальше от меня. – А затем киваю на пиво: – За счет заведения.
Повторяю про себя в сотый раз, как полный кретин, разинув рот.
Бестия, обслужившая меня за барной стойкой и зажигающая сейчас на сцене, – «святая Мира».
Хватаю со стола стакан с виски и делаю жадный глоток, не сводя взгляда с девушки. Обнаженную кожу рук покрывают татуировки, тянущиеся замысловатыми узорами от запястий до плеч. Темно-карие глаза горят диким пламенем всякий раз, когда она проводит медиатором по струнам. Вместо вороньего гнезда на голове – длинные кудрявые волосы до поясницы. Вместо худобы и торчащих костей – упругое подтянутое тело. Отблески прожекторов мелькают по ее силуэту, делая еще более нереалистичной. Я понимаю, что прошло время и Мира изменилась, и все же…
– Ты можешь наконец-то закрыть рот. – Макс хохочет.
Голова идет кругом. Я чувствую себя полным идиотом. Уже полчаса пялюсь на сцену и не могу отвести взгляда от этой девчонки. Хотя это можно списать на временное помутнение рассудка из-за перелета.
Мира улыбается солисту, и тот отвечает тем же. Ее пальцы скользят по грифу гитары, беря очередной аккорд.
– Это ее парень? – Я киваю в сторону солиста.
Трудно не заметить влюбленный взгляд и глупую улыбку, появляющуюся на его лице, стоит только Мире подойти ближе. Удивительно, как он еще не захлебнулся слюной.
– Не смеши, – отмахивается Макс. – Мира и Никита никогда не будут вместе. Он, конечно, пытается и надеется на что-то большее, но я неоднократно советовал отступить.
– Почему?
– Ну, начнем с того, что Мира не сторонница отношений.
– Дружба с привилегиями – это уже нечто большее.
– Еще раз заговоришь о моей сестре в таком контексте, и я сделаю так, что ни одна девушка не посмотрит на тебя сегодня.
Я закатываю глаза. Даже не знаю, что больше смешит в этой ситуации.
