Научи меня любить полностью

В какой момент Маас оказалась рядом, девушка не заметила. И от прикосновения не отшатнулась, оно оказалось тёплым и приятным, к длинным тонким пальцам захотелось прижаться, как кошке к ласкающей руке. А богиня разглядывала её, чуть склонив голову, губы изогнулись в доброжелательной улыбке, и ладонь скользнула к шее девушки.

- Такие, как ты, редко приходят ко мне, хотя я ваша покровительница, - продолжила Маас. – Но об этом помнят только носфайи, - она чуть вздохнула и кивнула. – Что ж, милая, это справедливо. Новый мир, новая жизнь, новое имя. Да будет так, - в голосе женщины послышались властные нотки. – Ты выбрала хорошее имя, Лиррая, оно тебе идёт, - пальцы поддели подбородок полуночной, и их взгляды встретились. – Всё сложится хорошо, девочка, - чуть тише добавила Маас и коснулась губами лба девушки. – Теперь – точно.

Она улыбнулась шире и перевела взгляд за спину Лирраи.

- Подойдите, оба, - распорядилась богиня, и Лира, вздрогнув, вспомнила, что кроме неё тут ещё есть посетители.

Обернулась, осторожно отступила в сторону, глядя, как мужчины подходят к богине и почтительно склоняют головы. Такие разные, как день и ночь. Один настоящий аристократ, сдержанный, в костюме, безупречный и подтянутый. Второй – полная противоположность, в неизменной футболке, джинсах и с курткой на плече, с художественной лохматостью голове и упрямым выражением на грубоватом, но привлекательном лице. И какая там сдержанность, Томасу она уж точно не свойственна. Лира сама не заметила, как украдкой улыбнулась, поймав себя на мысли, что Судья и Палач удивительно дополняют друг друга.

- Госпожа, - поздоровался Дейн, прижав ладонь к груди. – Это честь для нас.

- Судья, - в голосе Маас прорезались насмешливые, ироничные нотки. – Ты отлично справляешься со своими обязанностями, но порой бываешь слишком занудным, знаешь ли.

Услышав это от богини, Лиррая едва не поперхнулась вдохом от удивления, уставившись на женщину во все глаза. Томас фыркнул и скрестил руки на груди, покосившись на лорда Сеттена.

- А я ему регулярно это говорю, - буркнул он.

- А ты, Палач, временами недостаточно решителен, - тут же отозвалась богиня тем же тоном. – Но я знаю, как это исправить.

После чего улыбка пропала с безупречного лица, оно стало задумчивым, и Маас посмотрела куда-то поверх голов мужчин.

- Я создала полуночных, как мой дар вам, - заговорила она негромко. – Идеальные спутницы, обладающие всеми необходимыми качествами и подходящим характером. Драгоценный подарок, который ещё и не так просто получить, - Маас перевела взгляд на стоявших перед ней. – Большинство ценит тех, кто попадает к ним, и в самом деле заботится о моих девочках, и это замечательно, - голос женщины потеплел, а потом она прищурилась и прямо посмотрела на Дейна. – Тебе не пришло в голову, что если полуночная появилась именно перед твоим домом, это что-то значит, Судья? – бровь богини вздёрнулась, и голос снова приобрёл ироничную окраску. – А ты решил быть слишком правильным и до конца соблюдать даже негласный закон. И друг твой слишком нерешительный, - повторила Маас. – Что ж, раз вы оба провинились перед моей девочкой, и ей пришлось опять пережить то, от чего она сбежала, значит, вам и исправлять. Дайте кулоны, - властно произнесла богиня и протянула ладонь.

Лира молча слушала, чувствуя смутное беспокойство, но пока не понимая, что задумала богиня. Волнение покалывало кожу невидимыми иголочками, дыхание норовило сорваться, но девушка молчала, не смея вмешаться в происходящее. Мужчины достали украшения, почти одинаковые кулоны на цепочках – фиолетовые осколки в замысловатых оправах, - и отдали Маас. Она сжала кулоны, её рука окуталась лиловым туманом, а когда богиня раскрыла пальцы, там уже лежал один, гораздо крупнее, правильной каплевидной формы, оправленный в серебряный лепесток. Маас повернула голову к замершей рядом девушке, плавным шагом оказалась рядом с ней и, не успела Лира опомниться, как надела цепочку с кулоном ей на шею.

А в следующее мгновение она на глазах ошарашенной Лиры подтянулась, и… кулон мягко засиял.

- Отлично, - богиня довольно улыбнулась. – Вот так гораздо лучше, и правильно. Теперь забота о ней в ваших руках, - она строго посмотрела на замерших Дейна и Томаса. – Я буду наблюдать за вами, ясно? У вас две недели до следующего полнолуния, когда судьба Лирраи окончательно изменится и станет принадлежать этому миру.

На несколько мгновений в храме повисла звенящая тишина. Лира приросла к полу, ещё не понимая, что произошло, только хлопала ресницами да теребила фиолетовую каплю на груди. Первым заговорил Дейн, чуть хриплым от сдерживаемого волнения голосом.

- Госпожа, я правильно понимаю, что ты отдаёшь её нам с Томасом… двоим? – уточнил он с едва заметной заминкой.