– Два часа на данный момент, – ответила, глянув на часы на стене.
– Ну, просто сон младенца! – усмехнулся Макс.
– Макс, твоя злость на Павла иррациональна – не он источник твоих проблем! – пресекла Аглая выпады в сторону Павла- – Он утром приехал постаревшим на 10 лет. К тому же, он вчера чуть не потерял свою дочь, боюсь даже представить, что он вчера подумал, увидев меня с его дочерью вечером в торговом центре! А ведь он только что похоронил мать Ариши. Мы с тобой не знаем, что еще у него случилось, а потому, не смей ехидничать. А если ты сейчас намекаешь на то, что у него дочка больна, а он спит, так я тебе объясню: когда он приехал, мы еще не знали, что Ариша заболела! – закончила свою гневную тираду Аглая. – Все! Теперь твоя очередь рассказывать.
– Ну, если быть кратким, то скажи, твое предложение работы еще в силе?
– Да, конечно! Для тебя всегда в силе. Можешь хоть сегодня приступать. Хотя, нет, я теперь только в понедельник там появлюсь.
– А ты в отделе кадров, что ли, работаешь? – усмехнулся Макс.
– Твоя правда! – Аглая кивнула. – Я поговорю с шефом, объясню, что собеседование тебе не нужно, а ты можешь уже ехать и устраиваться на работу. Там есть, кому тебе все показать.
Аглая опять набрала шефа, коротко рассказала, зачем звонит, получила добро и положила трубку.
– Все, через час на проходной тебя будет ждать временный пропуск на твое имя. Это даже к лучшему, что не я тебя за ручку буду водить. Сплетни у нас распространяются со скоростью интернета в рабочем чате. Доказывай потом всем, что мы не спим с тобой!
– Да, перед разводом мне это тоже ни к чему! – Макс согласно кивнул.
– Та-ак! Все чудесатей и чудесатей, как говорила Алиса! – Аглая подлила Максу чай, придвинула к нему пиалу с клубничным вареньем, прокомментировав:
– Твое любимое, клубничное.
– Карпатская, ты страшная женщина! – усмехнулся Макс. – Помнишь такие вещи, что реально пугаешь!
– Не все, знаешь ли, могли съесть литр варенья за один присест, так что ты мне тут зубы-то не заговаривай, а рассказывай! – усмехнулась Аглая.
– Анжела сейчас в Германии, ублажает своего ненаглядного Герберта. Уехала две недели назад, объявив, что подаст на развод после того, как вернется. Улетала на неделю, а потом перезвонила и сказала, что она ему нужнее, чем родной дочери, и поэтому будет с ним рядом столько, сколько потребуется ему.
– Это как? – вырвалось у Аглаи.
– Очень просто! – раздался за спиной Аглаи спокойный голос Павла, – у дочери Анжелы есть отец, к которому девочка привязана больше, чем к своей непутевой матери, а у Герыча нет никого. Но, хочу сказать сразу, во избежание, так сказать, недопонимания: он ее там силой не держит и приезжать не просил. Уж извини, Макс, но твоя жена прилетела к нему по собственной инициативе!
– Твою ж маму, Костров! Напугал! – выдохнула Аглая, – ты же спал как младенец!
– Проснулся, когда мужской голос в квартире своей женщины услышал. Что он здесь делает? – Павел кивнул в сторону Макса.
– Вообще-то, он твоей дочери врача вызывал и лекарства покупал! И, кстати, этой мой дом, Макс мой друг, а я не твоя женщина, так что, позволь мне самой решать, кого мне сюда приглашать, а кого нет!
– И тебе доброе утро! – усмехнулся Макс.
– Арише врача? Зачем? Где она? – Павел оглянулся на приоткрытую дверь спальни.
– Сейчас спит. У Ариши была температура, и она пожаловалась на то, что у нее болит горлышко, – дальше рассказать Аглая не успела. Раздался звонок в домофон.
– Должно быть, педиатр пришла! – Аглая шагнула к двери и, сняв трубку домофона, произнесла:
– Да, это мы вызывали. 10-й этаж. Да, ждем.
Пока врач поднималась, Аглая продолжила:
– У Ариши болит горлышко, температура была 38,5. Макс с дочкой живут в этом же районе, он знает и номер телефона, и фамилию детского врача. Макс просто вовремя позвонил и помог вызвать врача. Сама я бы дольше проковырялась, уж извини! У Ариши есть страховка?
– Да, сейчас! – Павел шагнул к своему пальто, и в этот момент позвонили в дверь.
Врач деловито поздоровалась, а увидев Макса, удивленно подняла брови:
– Максим?
– Анна Львовна, это не к Евгении. Это к дочери моих, – Макс замялся, подбирая правильное определение, – моих друзей. Они недавно здесь живут. У их дочери температура и красное горло, миндалины воспалены.
– Дано ребенок болен? – задала вопрос врач, ни к кому конкретно не обращаясь и натягивая в этот момент бахилы поверх уличной обуви. Только потом сняла пальто и повесила его на крючок.
– Сегодня первый день! – ответили Аглая и Павел одновременно.
– Ясно, что ничего пока не ясно! Где я могу вымыть руки?
– Я покажу, – Аглая шагнула в сторону ванной.
Врач намыливала руки, а сама начала задавать вопросы:
– Часто ангинами болеете?
– Второй или третий раз! – раздался из-за спины Аглаи голос Павла. Сейчас Аглая была ему благодарна за то, что он так неслышно подошел и встал рядом. Сама она на вопросы врача ответить, ясное дело, не могла.
– Чем еще болели?
– ОРВИ, ветрянка.
– Прививки?
– Сделаны.
– Хорошо. Ведите к ребенку!
