Еву не устроило тихое отступление в кусты их завуча. Ей нужно было довести до конца начатое — убрать с дороги свою самую ненавистную конкурентку. И уже кто-то "из своих" позвонил родителям Яны, не поскупившись на эпитеты и красочный, порочащий девушку рассказ. Что-то она услышала новое от своей матушки? Нет, конечно нет! Но на фоне проведенного дня ей казалось, что мир рухнул.
Анастасия кричала в трубку, чтобы дочь немедленно вернулась в город. Не важно на чем и как, на ее банковской карте достаточно средств даже для того, чтобы доехать до них в Европу. Но зачем ей нужна Европа, когда тут ее друзья, когда тут Сашка, стоит вот и так смотрит, что все внутри дрожит и переворачивается!
Он по первым аккордам телефонного звонка понял, что сейчас кто-то обидит Яну и уже стоял практически в боевой стойке, готовый разорвать всех и вся, лишь бы его девочку не тронули. И она, совершенно в первый раз в жизни, словно зарядившись от парня уверенностью, внаглую наврала матери: "Мам, мы уже через десять минут выезжаем, нас Наташины родители забирают. Мы сразу к ним, я у них пока погощу. Ирина Валерьевна очень вкусно готовит, приглашает. Ты не против?" Анастасия, будто впервые услышав голос своей дочери, стушевалась. И согласилась, лишь потребовав, чтобы Яна отзванивалась ей каждый день. И присылала фотографии.
Только отключив трубку, Янка осознала, что натворила. И вранье — это еще полбеды. Она подставила Наталью, к тому же не известно, как и когда они уедут. Да и вообще получается так, будто она навязывается. Чуть губу не разгрызла до крови от досады. Но Сашка, почувствовав ее состояние, подскочил, схватил ее в охапку и закружил так, что оставалочь только визжать и смеяться. А потом, он бережно опустил ее, босую, на теплый песок и нежно поцеловал в лоб, как маленькую сестренку.
— Не переживай. Ты можешь гостить у нас, сколько захочешь. И в любое время, как только попросишь, я отвезу тебя в город. И даже если не захочешь, чтобы увозил тебя я, мы всегда можем вызвать такси.
— Ну и отлично, — подал голос Кожевников, — вот и все решилось! А то я уговариваю Натаху остаться на неделю, а она боится!
Яна удивленно уставилась на подругу. И не обмолвилась ведь ни словом! Хотя только слепой не заметил бы, как между ней и Игорем искрит. Наташка, смутившись от взгляда подруги, покраснела и опустила голову, одновременно спрятавшись за спиной парня. А Янка еще раз совершенно искренне рассмеялась.
Могла ли она тогда подумать, что неделя, проведенная в гостях у Сашки, навсегда изменит ее саму? Что это время станет для нее самым счастливым, станет тем самым якорем, за который она старательно держится в особые моменты, когда отчаяние накрывает с головой?
Яна, повернувшись, снова поискала для себя удобную позу, стараясь не спугнуть греющие душу отголоски чувств, подаренных воспоминаниями.
Их взгляды, их поцелуи украдкой, их настоящее, неподдельное веселье, вечерние посиделки у костра, мурашки от Сашкиного голоса, когда он пел под гитару, не сводя с нее глаз, робкие прикосновения — все это заставило Яну взглянуть на жизнь и свое будущее совсем по-другому. И, конечно, ее совершенно отчаянный поступок в последний вечер. Когда она, соскочив посреди ночи, вдруг позвонила Сашке. Даже не отзвучало полгудка, как он тут же принял вызов, и испуганно спросил:
— Яна? Малыш, что случилось?
— Ничего, — заговорщицки шептала Янка в трубку, — Ничего не случилось. Я просто соскучилась. Ты где? Тебя вечером я не видела в доме.
— Я сегодня решил лечь спать на сеновале. В конце огорода, где амбар.
— Встретишь меня? — смущенно пролепетала в трубку.
И в ответ короткое "Встречу", окончательно разрубившее цепи.
А потом море нежности, которое подарил ей Сашка. Так трогательно и осторожно, словно боясь спугнуть, целовал каждый ее пальчик, смаковал, пробуя вкус ее губ, наслаждался шелком распущенных волос. Казалось, млел от каждого ее вздоха, и тут же готов был кричать от радости, видя ее счастливую улыбку. А Янка, сцепившись с ним руками, боялась упустить каждый миг. Было страшно? Совершенно нет. Потому как она отчетливо поняла, что влюбилась.
Всей душой.
Навсегда.
Настроение испортил Игорь. Нет, сначала все было нормально. Яна проспала практически до одиннадцати, совершенно не терзаясь мучениями совести. В таком уютном гнездышке и еще бы поспала. Но возвращаться домой все-таки придется.
Краем уха она слышала, что у Кожевниковых были грандиозные планы на выходные. Не хотелось бы им мешать. Да и потом, вдохновленная вчерашним разговором с подругой, Яна решила во что бы то ни стало бороться за свое счастье!
