Научи меня прощать полностью

Тяжело вздохнув, девушка возвращается в свой PR отдел, который возглавляла уже несколько лет, а я хотела разрыдаться от несправедливости, которая обрушивалась на меня словно снег с крыши. Весь день кусая губы, я то и дело бросала тоскливые взгляды на дверь кабинета Демьяна, но мужчина так и не торопился выходить из него. Только личный помощник бегал по компании с его поручениями или же просил меня сделать какую-нибудь мелочь, которую обычно мы возлагали на новичков-стажеров или практикантов.

Похоже, ты уже определился, какое место мне выделишь? Не доверяешь мне?

Так и пролетел весь рабочий день, в течение которого Демьян так и не вышел из своего кабинета, обсуждая что-то со своим личным помощником, на которого повесили большую часть моих дел. Просиживать рабочее кресло просто так не хотелось, поэтому я решила, что уйти с работы, как и все сотрудники, не задерживаясь как обычно, будет лучшим вариантом. Но не успела я собрать личные вещи, как из кабинета вышел Макар Анатольевич – правая рука Демьяна, и сообщил, что тот ждет меня в кабинете.

Взгляды задержавшихся на работе сотрудников с испугом и интересом были обращены на меня. Ровно, как и мой, потому что испытать на себе гнев Демьяна дважды за день, было мне не под силу.

И снова тот же кабинет и восседавший словно на троне мужчина, который сейчас смотрел на меня исключительно с нотками презрения и раздражения. Клянусь, если бы я умела читать его мысли, где была его личной боксерской грушей, то не стала бы надеяться на что-то большее.

Но сейчас это единственное, что у меня было – надежда на лучшее.

Этот мужчина разительно отличался от того парня в прошлом. И смотрел он на меня иначе. Не так, как раньше. От сегодняшнего Демьяна хотелось как можно скорее скрыться и не попадаться на глаза вечность.

– Тебе звонили из кадров? – молча киваю и наблюдаю за тем, как мужчина перебирает на столе кипу документов. – Тогда иди сюда и подпиши бумаги.

Между нами сейчас были, казалось бы, километры, которые я предпочла бы держать до последнего, но его властный тон и холодный словно арктические воды взгляд синих глаз вынудили меня сделать первые шаги в его сторону, словно под гипнозом. Молча вырываю лист бумаги из его рук о моем понижении, быстро ставлю подпись и возвращаю обратно. Но вместо того, чтобы забрать договор, мужчина хватает меня за запястье и тянет на себя так, что я теперь бедрами упираюсь в его массивный стол, а сама почти лежу на нем.

– Отпусти! – кричу я на него и пытаюсь вырваться из крепкой хватки. – Разве тебя мама в детстве не учила, что удерживать людей против воли и делать им больно – это как минимум некрасиво?

– Что это? – слетает с его языка простой вопрос, после чего мужчина кивает на мое запястье, на котором болтался подаренный им в прошлом на годовщину наших отношений серебряный браслет.

Мне стоило быть умнее и не подставлять себя так просто, но из-за проблем я совсем забыла о том, что у Демьяна могут быть ко мне вопросы.

– О чем ты?

Я хорошо была знакома с правилом о том, что умный человек – это тот, кто вовремя притворился глупым, и упорно соответствовала ему. Но Демьян даже бровью не повел и не поверил, будто я не поняла сути его вопроса.

– Ты до сих пор носишь этот браслет? – мужчина хмыкает, продолжая удерживать мою руку в плену своей, тыльная сторона и часть пальцев которой были сплошь усеяны татуировками. – Я уже было подумал, что ты сдала его в ломбард при первой же возможности.

– Не думаю, что его бы приняли, – сарказм сейчас был моим единственным оружием против тяжелого взгляда Демьяна.

– Тебе что-то не нравится? – тон мужчины изменился, и теперь в нем чувствовалась еле уловимая нотка обиды. – Тогда верни его мне, – не успела я опомниться, как браслет перестал дарить моему запястью привычное тепло и уже направлялся во внутренний карман пиджака мужчины.

– А ну отдай! – кричу в панике и пытаюсь вернуть законно принадлежащую мне вещь, которая за последние семь лет стала личным талисманом удачи. – Ты не можешь забрать то, что однажды сам подарил!

– Раз подарил, то могу и забрать обратно, – спокойно бросает он и садится обратно в кресло.

Молниеносно огибаю массивный стол и хватаю Демьяна за лацкан пиджака, в попытках вернуть свой браслет, как уже через секунду оказываюсь распластанной спиной на поверхности мебели. Гора документов и папок с личными делами, канцелярия и телефон, что еще недавно усеивали всю поверхность стола, сейчас стремительно разлетались по сторонам.

– Все пытаешься показать мне свой характер? – хрипит над моим ухом мужчина, в то время как мои запястья он скрутил так, что я не могла даже пошевелиться. – Не советую.

– Знаю, вылечу как пробка из-под шампанского, – обрываю его на полуслове, за что получаю острый прищур глаз в ответ.

– Ведешь себя как ребенок, – рычит он, сильнее сжимая мои запястья, но показывать ему, что мне было больно, я не стала.

– Кто бы говорил.

Пытаюсь выбраться из крепкого захвата, но терплю позорное фиаско. И если судить по насмехающемуся взгляду мужчины, мои трепыхания его очень даже веселили.