Вода мгновенно намочила его волосы, пиджак, рубашку. Он ждал от этого ливня покоя, очищения, присутствовала надежда на то, что пережитое уйдёт вместе с влагой, к ногам, к земле, и уж никогда больше не коснётся его.
Он безумно хотел напиться, обкуриться, нанюхаться – в общем, прикоснуться ко всему, что помогает на время избавиться от жизненных тягот. В очередной раз он дал повод судьбе нанести свой тяжёлый удар, наверное, окончательно обезглавив всё живое в нём. Наверное, это будет многократно упоминаться, но глубоко внутри этого серого, жестокого человека лежала надежда на хоть ещё одно посещение этого дома. Только не в таком контексте.
С сожалением Том хоронил в себе эту мечту, как впервые в жизни хоронил котят.
Но тем людям, кому уже нечего терять, под самый конец их бесконечных страданий, судьба любит дарить утешительные призы. Сейчас в руках Тома виновник всего катаклизма, насквозь поразивший его и без того дырявую душонку.
– Он мой, – сказал Том, улыбаясь тёмному полотну грозы над собой.
– Том! – Кто-то сзади прокричал его имя.
Он не поворачивался – не мог покинуть окаменевшую форму своего тела.
– Ты едешь за Радищевым?
Будто молния прошлась по кучевым облакам скоплений нейронов в мозгу Тома. Он злобно ухмыльнувшись, повернулся к напарнику и махнул рукой:
– Да.
– Тогда поехали сейчас, я сказал, чтобы здесь всё собрали, для штаба.
Том хладнокровно, но вздрогнул.
– С этим ты поспешил, – он приблизился к Додсону, что прятался от дождя под навесом крыльца. – Я думаю вернуться сюда сегодня ночью, попозже.
– Зачем?
– Встречу её мужа.. Думаю, так будет правильнее. – Том благородно раскинул руки и сразу же спрятал их в карманах штанов.
Марвин опять сделал смущённое лицо.
– Слушай, Том, это дело – твоё. Я, как мне кажется, лишь звено – перед начальством и тобой, поэтому делай, что хочешь. Но если тебе понадобится помощь – ты знаешь, что делать.
«Да, Вин, я всё знаю»
Глава 9
– Конечно, – сказал Том напарнику. – Ты поезжай, я следом.
В этот же момент ему навстречу вышел молодой полицейский, на котором висела обязанность запечатывать место преступления. Позаимствовав у копа ключи от здания, он отправил его в штаб пораньше.
Укрывшись от ливня, полностью мокрый, Том вошёл обратно в дом, чтобы отыскать Гордона.
Его напарники собрали почти всё, оставив два трупа напоследок. Тодд уже снял перчатки.
– Что думаете, мистер Поулсон? – спросил он вновь подошедшего в холл детектива.
– Пока что ничего. После участка вернусь сюда, осмотрю всю её документацию, есть подозрения, что убийца – пациент…
– На фоне неразделённой любви? – перебил медик.
– Не знаю, но сильный повод присутствовал, – Том посмотрел на Гордона, – от тебя в первую очередь мне нужен анализ крови погибшего, осмотр на изнасилование, а также то, что под ногтями у миссис Дойл.
– Вы хотите узнать, успел ли погибший испугаться? – Тодд улыбнулся. – По зрачкам я бы не сказал, равно как и по поту..
– Либо он был слишком аутистичен, отчего и пытался вылечиться, – ухмыльнулся Том и, поднявшись по лестнице, на второй этаж, оставил Гордона в компании его коллег.
Он мысленно обдумывал предстоящую встречу с мужем его бывшей пассии. Совесть говорила, что хозяин торопит события у себя в голове, и, аффективно реагируя на происходящее, слишком быстро делает выводы, однако другая половина Тома успокаивала его, нашёптывая, что он идёт по правильному, единственно верному пути мести.
– Мистер Поулсон, – крикнул вслед Тодд.
– Что? – Том примкнул к перилам лестницы, чтобы видеть лицо судмеда.
– Имя миссис Дойл в мире медицины – очень громкое. Боюсь, как бы вам завтра утром не пришлось выступать с прессой.
Он снял очки, перед тем как посмотреть на детектива, что говорило о полной серьёзности произносимого. И был прав – Том совсем забыл про возможный шум.
– Спасибо, Гордон, – кинул детектив в ответ.
Поулсон направлялся к третьему этажу, в ту самую спальню, где в первый раз он сумел по-настоящему насладиться женщиной и наркотиками. Пройдя всю дистанцию до конечной цели, Том, убедившись, что на этаже никого не осталось, оказался у той самой тёмной двери. Широко вздохнув, он медленно обхватил её ручку, но что-то внутри не давало ему попасть внутрь. Около пяти минут Том стоял, будто ожидая извне помощи открыть дверь. И, в конце концов осилив свой страх, открыл злополучную преграду.
Ничего не изменилось.
Тома преследовало ощущение, что с момента последнего его появления здесь в эту комнату никто не заходил. Да, тут было чисто и опрятно, всё как и раньше, но будто всё было покинуто хозяевами.
«Интересно, сколько раз в жизни она спала тут»
Том вспоминал, что всегда, когда они заканчивали свои дела в этой комнате, она ненадолго оставалась с ним. Дожидаясь того, пока он заснёт, она выползала из-под их общего одеяла, надевала халат и скрывалась в коридоре за этой самой дверью, словно для неё нахождение здесь было сильным испытанием.
