Монография посвящена рассмотрению современных проблем эффективности научных исследований в философском и историческом контексте. В фокусе оказываются сложные отношения науки с управляющими структурами, а также внутренние и внешние аспекты научной эффективности.
Вряд ли может вызывать сомнение то, что эффективность, понятая как способность и актуальность воздействия, характеризует науку по существу. Судим ли мы о данной характеристике изнутри науки, предполагая, что целью ученых является развитие собственной области исследования и знания вообще, или становимся на позицию общества в целом, возлагающего на результаты научной деятельности оправданные надежды, под эффективностью всегда подразумевается средство достижения целей. Более того, это средство, незаметно и незаменимо работающий инструмент, оказывается условием взаимодействия всех тех, кто в том или ином смысле связан с созданием научных идей и их воплощением.
Однако всякое средство, призванное служить посредником порой несовместимых интересов, оказавшись в руках одной из сторон, превращается в оружие, используемое против другой. Так и эффективность научной деятельности становится властным аргументом научного менеджмента, требующего превращения науки в экономически прибыльное дело, в условие формирования международного имиджа или укрепления внутренней стабильности; или же оружием научного сообщества, способного убеждать тех, кто владеет ресурсами, в необходимости поддержки того или иного проекта.
Превращение научной эффективности в оружие тем более очевидно, чем настоятельнее необходимость управления наукой, ее возрастающим воздействием на общество. Управление же тем более проблематично, чем сложнее и вариативнее (не) управляемая и развивающаяся по собственным законам научная деятельность. Кажется, простым выходом, воссоединяющим интересы, может стать использование системы такого представления научных результатов, которая будет служить для самих ученых адекватной репрезентацией их деятельности, а для менеджеров средством управления, т. е. оценки ее эффективности. Но две стороны системы оценки/репрезентации науки, подобно орудиям, направленным друг против друга, приводят к столкновению: количественные стандарты наукометрических процедур противопоставляются содержательным качественным характеристикам, а внешнее экономическое понимание эффективности, включающее и социально-политическую прагматику – внутренним мотивам и целям научной деятельности, собственному интересу ученых к науке как таковой.
Известно, что инструмент и даже оружие незаметны для тех, кто ими пользуется, пока они не перестают работать и выполнять свои функции. Проблема, стоявшая перед авторами настоящего текста, не только в том, что посредник с определенной закономерностью делается орудием власти, но и в том, что даже в данном качестве он дает сбой и выходит из-под контроля. Наукометрическая репрезентация научной деятельности и средство ее оценки превращается в самостоятельную силу и начинает трансформировать содержание научных исследований, изменять структуру научного сообщества, требовать все больше материальных и интеллектуальных ресурсов для поддержания собственной работоспособности. Современная ситуация понималась авторами как нарушение работы научной эффективности, а задача, поставленная ими перед собой, заключалась в том, чтобы найти пути устранения сбоя.
Пути эти различны. Их основанием оказываются уроки прошлого или позитивные примеры современности, социальные и эпистемологические концептуальные конструкции или факты провалов научной политики. Представляется тем не менее, что у этих путей одна цель – восстановление работы той научной эффективности, которая признается в первую очередь самими учеными, не оборачиваясь для них внешним требованием или системой оценки, под которую необходимо подстраиваться. Конечно описание, обоснование таких путей, успешное продвижение по ним ни в коей мере не исчерпывается отдельным текстом. Это предмет заботы и работы консолидированного научного сообщества, а оно само еще в определенном смысле не реальность, но регулятивный идеал. Тем не менее авторы монографии надеются, что смогли внести свой вклад в это движение, а также в сборку того сообщества, коему решать проблему, восстанавливая нормальную работу научной эффективности.
