– Я никогда не звоню отцу в рабочее время, чтобы не отвлекать его. Но вчера он так странно со мной говорил… Просил подтвердить, что я жива… Плакал… – Она подняла глаза на Алексея: – Вы были вчера у папы, как я поняла. Почему он так странно…
– Он узнал, что вас хотели убить.
– Да, я так и подумала… Это вы ему сказали?
– У него оказались свои источники, – уклончиво ответил детектив.
– Наберу-ка я телефон его секретарши, – в голосе девушки уже слышалась неприкрытая тревога.
– Подождите, – произнес Алексей.
Ну что ж, вот и настал момент истины. Как ни желал Алексей ее смягчить, ничего он не мог сделать.
Все, пора. Отступать больше некуда.
– Таисия… Тая, у меня есть две новости… Даже три, пожалуй… И все, увы, плохие. Но делать нечего, придется мне их вам рассказать. Мужайтесь.
– Слушаю вас, Алексей Андреевич. – Девушка мгновенно побледнела, даже губы потеряли цвет, стали серыми. – Говорите.
– Ваш отец узнал о попытке вас уничтожить непосредственно от тех двоих, чьи портреты вы нарисовали. И которых только что опознали в полиции.
– От убийц Амрита?! Но каким образом?
– Дело в том, что этих людей направил к Амриту Валли лично ваш отец…
– В… В каком смысле… Не поняла! – Тая распахнула глаза.
Роберт осторожно взял ее ладонь в свои руки. Но она ладонь выдернула.
– В прямом, Таисия. Ваш отец отправил к Амриту Валли убийц.
– Но зачем?! – Она привстала со своего стула.
– Чтобы отомстить…
– За меня? Но почему? У нас ничего не было с Амритом, кроме философии!!! Он меня ничем не обидел, за что отец решил ему…
– За вашу маму.
– Как это?!
Таисия рухнула обратно на стул, прикрыла лицо руками.
Алексей молчал, не желая произносить убийственные слова. Надеялся, что девушка сама догадается.
– Ты что-нибудь понимаешь, Роберт? – отняла она ладони от лица и устремила на него горящие от боли глаза.
– Кажется, да… – тихо ответил он.
– Моя мама… Она что, с Амритом… У них был… было… Алексей Андреевич?
Кис кивнул.
– Хуже того, Амрит выложил ролики в интернет. Он выкладывал видео со всеми женщинами, с которыми у него были интимные… Ну, вы поняли… Он зарабатывал таким образом на порносайте в Даркнете.
Таисия, опустив глаза, некоторое время качалась на стуле. Затем посмотрела на детектива.
– А папусик, выходит, увидел. Вот, оказывается, чем он занимался по вечерам, когда запирался в своем кабинете! И говорил мне, что работает!
– Таисия, ваш отец – взрослый мужчина и имеет право смотреть «взрослые» фильмы… Не судите его так строго. Только представьте, какой шок он испытал, увидев на экране свою жену…
–
– Не забывайте, Таисия, это личная инициатива двух ублюдков. Ваш отец тут ни при чем.
– Ха! Он лишь при том, что имеет дело с ублюдками!!! Что заплатил им за убийство!!! Погодите, я сейчас ему все выскажу! И про шок, и про… Я будто в дерьме искупалась: отец – убийца, мать – развратница, учитель «светлой философии радости», как он выражался, – продажный урод!
Она принялась снова набирать номер.
– Таисия, – заговорил Алексей, – подождите!
Но девушка только показала ему жестом: молчите! – приложив указательный палец к губам.
– Тая, ваш отец не ответит…
– Да он никогда не отвечает в рабочее время! – Она с досадой бросила мобильный на стол. – Но ничего, вечером я с ним поговорю!
– Не поговорите, Таисия… Его больше нет.
Ее глаза распахнулись так сильно, что заслезились.
– Ваш отец, когда узнал всё… Вчера, сразу после разговора с вами, он застрелился. Мне очень жаль, Тая…
Она издала какой-то животный, воющий звук, который перешел в плач. Роберт прижал девушку к себе, утопил ее задрожавшие плечи в своих объятиях.
Алексей поднялся, кивнул ему: давай, парень, теперь твой выход!
Тот кивнул в ответ: можете на меня положиться, справлюсь…
Алексей Кисанов тихо обошел столик и покинул ресторан.
Все хлопоты по организации похорон взяло на себя папино министерство, мне не пришлось ничем заниматься, к большому моему облегченью, – я бы просто не смогла. Мой разум пребывал в сумеречном состоянии, я плохо понимала, что мне говорят, из рук все валилось. Роберт водил меня повсюду, с виду галантно поддерживая под локоток, – а на самом деле просто держал, в прямом физическом смысле: у меня ноги время от времени подкашивались.
Министр и какие-то другие люди произносили речи – стандартные, фальшивые, убийственно неискренние, – хваля моего отца на все лады. Я с трудом выдержала.
Мать на похороны не явилась. Точнее, сначала я так подумала. Но увидела ее в самом конце, когда толпа стала редеть: она пряталась за соседними стелами. Ненакрашенная, бледная, в старушечьем платке… Заметив мой взгляд, она поторопилась исчезнуть. И правильно сделала. Мне не о чем с ней говорить.
