Кочевник-скотовод, пасший скот на выжженных солнцем степных просторах, имел совершенно другие взгляды на войну и следовал совершенно другим правилам. Ему была нужна земля, но не в том виде и не в том количестве, как земледельцу. На такой же площади, где земледелец мог получить урожай, достаточный, чтобы кормить в течение года свою семью, кочевник едва мог вырастить овцу, которую съедал со всей семьей за один-два дня. Кроме того, изменчивость климата, частые засухи то в одном районе, то в другом требовали быстрых перемещений на огромные расстояния в другие, менее пострадавшие области. По этой причине кочевнику нужна была земля в количествах, в сотни и тысячи раз больших, чем земледельцу. Это давало ему возможность безопасно откочевать летом на север на 1,5—2 тысячи километров, а зимой вернуться обратно. То есть кочевнику, чтобы жить, нужен был простор.
Поэтому войны между кочевниками по сути велись не за обладание налогом порабощенных народов, а за территории, где жили эти народы. Этим объясняется поражавшая всех жестокость кочевников: захватив в плен противника, они убивали и старых, и малых — всех, в ком не видели пользы, скажем, кого нельзя было продать как раба. И не имело значения, кто попал в плен — солдат или мирный житель. С точки зрения кочевника на той территории, которую он присмотрел себе, другим делать было нечего. Кроме экономического был и чисто военный аспект. Кочевники на военный период объединялись в большие подвижные группы — орды, но в мирное время они рассыпались по степи мелкими и потому беззащитными кочевьями. Если бы они, следуя западным правилам ведения войны, взяв и ограбив город, оставили бы его жителей в живых, то те через некоторое время могли бы перебить кочевников, нападая на каждое кочевье отдельно. Поэтому кочевники либо убивали всех жителей в районах, пригодных для кочевого выпаса скота и пограничных с ним, либо запугивали население до парализующего волю страха.
Поддерживать мирные отношения с кочевниками было сложно.
Во-первых, их культура, позволяющая выжить в суровых условиях, резко отличалась от культуры народов-соседей, особенно скромны были их достижения в области техники и технологии, в области товарных производств и ремесел. Они не умели получать и выделывать железо, стекло, керамику и многие из тех видов товаров, производство которых уже давно и успешно освоили оседлые народы. Эти товары кочевники вынуждены были приобретать, но для торгового обмена они имели только скот. А в те времена скот стоил не очень дорого и, кроме того, перегонять его на большие расстояния для продажи было чрезвычайно трудно.
Таким образом, для кочевника наиболее доступной формой получения необходимых товаров был военный разбой — набег на города и поселения оседлых народов. В качестве товара использовались и пленные, которых кочевники продавали на невольничьих рынках Средней Азии и Средиземноморья. Поэтому время от времени кочевые племена, особенно те, которые потерпели поражение, заключали мирный договор с Русью, но наступал товарный голод, подрастало новое поколение батыров, и они снова устремлялись в набег.
Во-вторых, кочевники первыми освоили стратегическую оборонную инициативу, которую в США впоследствии стали сокращенно называть СОИ. Идея ее заключалась в нанесении противнику безнаказанного для своего населения удара и состояла в следующем. Отряды кочевников в начале лета внезапно вторгались в пределы России, грабили все, что могли, и быстро откатывались назад. Русские князья со своими дружинами бросались в погоню. Но кочевники, собрав весь свой народ и весь скот, продолжали отходить все дальше и дальше на восток в бескрайние степи. Они отравляли воду в колодцах, поджигали высохшую траву за собой, лишая русские войска питьевой воды и корма для лошадей. Наказать их за набег становилось невозможно или по крайней мере очень затруднительно.
Подобные стратегия и тактика кочевников должны были заставить русичей задуматься о том, как изменить правила ведения войны на Востоке. Из-за набегов кочевников было опасно селиться и вести хозяйство на многие сотни километров от их земель: очень высок был риск, что русича ограбят, продадут в рабство или даже убьют.
Правда, до определенного момента кочевники были разобщены, воевали не только с оседлыми народами, но и между собой, а поэтому и сами были слабы. И до поры до времени на Руси считалось мудрым поступать, как на Западе, т.е. население не участвовало в войне, а нанимало князей, поручая им свою защиту.
