В зависимости от степени страха таких инстанций может быть неограниченно много. Я уже писал, что, когда получал решение государственной комиссии аттестовать ферросилиций Знаком качества, должен был пройти в Москве 28 инстанций, 27 человек ставили на эти бумаги свои подписи и замечания прежде, чем председатель Госстандарта подписал свидетельство.
В те годы, чтобы купить импортное оборудование, уже к первому чиновнику в цепи инстанций надо было приехать с 12 готовыми документами, среди которых, к примеру, должна была быть справка из советского министерства, производящего отечественные аналоги, о том, что это министерство не в состоянии изготовить такое оборудование. У нас на заводе была импортная дробилка. Механики поставили на нее последнюю пару подшипников из комплекта запчастей и стали заказывать в Швеции новые, однако с момента заказа до получения прошло два года, дробилка полгода простояла без подшипников.
Одно время модно было говорить, что в 80-х годах в экономике СССР был застой. Но почему? Мы двигались вперед медленно, ровно настолько, насколько двигало нас ежегодное маленькое увеличение показателей, которое производил аппарат. Никакой прыжок или рывок невозможен, все упиралось в тот же аппарат, как в подушку, он и не отказывал, и не разрешал.
Другой аппаратный способ уйти от ответственности применялся в тех случаях, когда требовалось быстро найти решение. В этом случае созывалось совещание, и чем больше участников приглашалось, тем лучше. Ответственность за решение как бы раскладывалась на всех участников, хотя все знали, что ни один из них за решение персонально не отвечает. Поэтому совещаниями переполнено рабочее время бюрократических систем управления.
Просто для сравнения. В годы войны у Сталина было Дело — выиграть войну. Одновременно у него, как у Верховного главнокомандующего, было Дело — уничтожить армии агрессоров. Ставка Верховного главнокомандующего насчитывала несколько десятков человек. Казалось бы, эти люди должны были совещаться, совещаться и совещаться. Но Делу это было не нужна. За всю войну Ставка в полном составе ни разу не собиралась. Собирались по несколько человек и только те, которые действительно могли ответить по существу совещания и были компетентны.
У руководящих бюрократов, тех, кто по должности обязан дать приказ по Делу, тоже есть способ ухода от ответственности — программа. Когда такой руководитель не знает, что делать, боится дать команду, обычно он дает указание разработать программу или план мероприятий. Отличие этих документов от приказа состоит в том, что они коллективного изготовления и сам руководитель как бы стоит в стороне от этого документа. Примером может служить программа «500 дней» Шаталина-Явлинского, по которой Горбачев с Ельциным развалили экономику, но при этом оказались сами вроде и не причем. Заметьте, делократ никому не даст готовить программу, никому не доверит решения по своему Делу и не станет при своем Деле утверждающим программу бараном.
Как видим, особенность бюрократа в том, что ему крайне необходимо красиво выглядеть перед всеми: деловитым перед начальством, заботливым перед народом. И так всегда, даже когда он немилосердно гробит Дело. Но когда ущерб Делу становится заметен, начинается поиск виновных, идут вопросы сверху и снизу. И бюрократ принимается изворачиваться. Если вопрос следует сверху, ответ имеет такой вид: «А что я мог сделать, если у меня подчиненные такие идиоты? Я и на место выезжал, и совещания проводил, и программы им утверждал, и ценные указания давал, а толку никакого!» При этом всех своих подчиненных бюрократ назначал либо сам, либо они были назначены с его согласия, то есть в момент назначения они его вполне устраивали. Делократ никогда на своих подчиненных ответственность не переложит. Они ведь его подчиненные, в его власти.
А если вопрос следует снизу, бюрократ начинает все валить на начальника: «А что я мог сделать? Он мне так приказал, а я послушный, я выполняю приказы, приказы не обсуждаются — приказы исполняются!» Когда бюрократ делает подобные фокусы среди людей, не пытающихся, не желающих задуматься над тем, что происходит, среди людей, мыслящих как бюрократы, то фокусы эти проходят «на ура».
