Ведьма улыбнулась еще шире и медленно присела на край кровати, обнажив при этом в глубоком разрезе свою ногу почти до бедра. Ее бледное лицо обрамляли черные, как смоль, волосы, а ярко-красные губы так и вовсе казались каплями крови. Вот только меня так просто не обдурить, мне прекрасно известно, что глава ковена далеко не молодуха и даже не дама среднего возраста, ей лет сто, не меньше, а своей внешности она обязана явно недешевым магическим заклинаниям и собственной силе. Ведьмы ее уровня вообще могли выглядеть, как дети, вот только таковыми точно не являлись.
— Оливер, я не пришла сюда не для того, чтобы выяснять с тобой отношения, — пропела ведьма и красиво качнула головой, позволяя волосам сначала взлететь в воздух, а затем и вовсе рассыпаться завораживающим каскадом по ее спине, — как ты знаешь, у нас с тобой неприятности!
А вот это было любопытно. Разумеется, смерть нескольких ведьм — дело более чем серьезное и требующее вмешательства ковена. Тут я даже спорить не буду, но было ли оно настолько серьезным, чтобы глава ковена вот так вот подставлялась? В этом я сильно сомневался, хотя бы просто потому что у ее вторжения в мой дом и в мою спальню могло быть очень много неприятных последствий для нее лично. Ведьма запросто за такое могла угодить в тюрьму и потерять свой пост. Не говоря уже о потере репутации, а зачем ей так сильно подставляться? Это было действительно весьма странно.
— Что значит «у нас неприятности»? — спросил я с недоверием, глядя на ведьму. — У меня есть одно пускай и запутанное дело, но его точно нельзя назвать неприятностями. О состоянии принца я просто не имел права говорить, это была государственная тайна.
Ведьма рассмеялась, медленно поднялась с постели и прошлась, демонстрируя мне свой высокий разрез — она что, пытается меня соблазнить?
Это мысль была настолько смешной и нелепой, что я тут же поспешил выбросить ее из своей головы. Она знает о том, что я знаю, кто она такая и что собой представляет, не знаю, насколько нужно быть обделенным женским вниманием для того, чтобы купиться на это.
Разумеется, я никогда не скажу ничего подобного вслух, мне все же дорога моя жизнь, а ведьмы известны своей мстительностью.
— Мне прекрасно известна ситуация с принцем, — заметила ведьма и с улыбкой крокодила кончиками пальцев потушила одну из свечей.
А вот это уже было очень и очень плохо, это могло означать только одно, что кто-то из моих приближенных сливает секретную информацию ведьмам. Перевешаю всех дармоедов.
— Не понимаю, о чем ты, но с удовольствием послушаю, чего именно ты хочешь и зачем позволила себе влезть в мою спальню, — отрезал я, меня начала не мало раздражать вся эта ситуация. У меня нет времени ходить вокруг да около, у меня еще дело не расследовано и, скорее всего, именно сейчас полуистерический король, пред которым придется отчитываться.
— Фи, как некрасиво! А где же вся твоя хваленая галантность? — насмешливо поинтересовалась ведьма, а я начал буквально закипать.
— Галантность еще вчера кончилась, всю разобрали, так что либо ты говоришь, что именно тебе нужно, либо проваливаешь, — отрезал я. Лицо ведьмы дёрнулось, выдавая, что у меня получилось ее задеть, старуха явно не привыкла, чтобы с ней заговаривали в таком тоне, но это, как говорится, не моя проблема, в мой дом она влезла сама.
— Мне нужен полный доступ к делу, — отрезала ведьма и, наконец, посмотрела мне прямо в глаза, вся притворная игривость слетела с нее, как шелуха, передо мной стоял жестокий и требовательный противник, который был готов пойти по головам для достижения собственных целей, — в идеале я хочу, чтобы одна из моих доверенных ведьм помогала тебе расследовать это дело.
— Нет, — отрезал я, еще чего не хватало, ведьма в тайной канцелярии, давайте тогда еще дракона или эльфа туда же поищем для компании, а что такого?
— Оливер, кажется, ты не понял, это была не просьба, — по лицу ведьмы пробежала тень, а я понял, что дело начинает дурно пахнуть. Впрочем, мне это не впервой, жаль только, если в доме снова придется делать ремонт. Дорого и тягомотно.
— А я, кажется, уже сказал “нет” и своего мнения менять не собираюсь, — отрезал я, — или же ты собралась мне угрожать в моем собственном доме?
Теперь уже и мое лицо было далеко от приветливого.
— Ты об этом еще жестоко пожалеешь, — выплюнула мне в лицо глава ковена и схлопнулась, словно исчезнув в никуда, а в моей комнате снова появился и свет, и звуки, а я грязно ругнулся. За окном уже было даже не утро, а день, а значит, я проспал буквально непозволительно долго.
Именно поэтому собирался я очень торопливо. Нет, понятно, что у главы тайной канцелярии нет как такового распорядка дня и точного времени, когда надо являться на службу. Мой рабочий день, скорее, был ненормированным или, как его называла моя теперь уже бывшая невеста, бесконечным. От одного воспоминания о том, что я, несмотря на все старания, вновь оказался холостяком, и без того далекое от прекрасного настроение испортилось еще больше.
