Больше ничего говорить не понадобилось. Д’Агоста кинулся в угол, перерыл все и нашел кусок брезента подходящего размера, а Пендергаст нырнул в дыру.
— Я спускаюсь! — крикнул менеджер, тряся дверь. — Откройте!
Пендергаст вытянул ящик из укрытия. Д’Агоста помог ему протащить его через дыру, и вместе они завернули добычу в брезент.
— Я звонил в главный офис в Новом Орлеане, — донесся голос менеджера. — Вы не имеете никакого права закрыть магазин. Они никогда не слыхивали, чтоб явилась так называемая проверка…
Д’Агоста ухватился за один конец ящика, Пендергаст — за другой, и они стали подниматься по лестнице. В замке уже поворачивался ключ.
Поднимаясь из облака пыли, Пендергаст проревел:
— Дорогу!
Деревянный ящик, обернутый брезентом, был у них в руках.
— Дорогу, быстро!
Дверь распахнулась, за ней маячило красное лицо менеджера.
— Что там у вас такое?
— Вещественное доказательство возможного преступления. — Детективы поднялись на площадку лестницы. — Дела ваши все хуже и хуже, мистер… — Пендергаст посмотрел на бейджик менеджера, — мистер Бона.
— Мои? Да я тут только полгода. Меня перевели сюда из…
— Вы — ответственное лицо. Если имело место преступление — а я все больше в этом уверен, — вам придется давать показания. Так как, отойдете, или мне к перечню обвинений добавить сопротивление следственным действиям?
Несколько мгновений никто не шевелился. Потом Бона неохотно шагнул в сторону. Пендергаст пронесся мимо, держа ящик; д’Агоста быстро шел следом.
Выходя на улицу, Пендергаст едва слышно сказал:
— Нужно спешить.
Менеджер уже спускался в подвал, нажимая кнопки телефона.
Детективы побежали к автомобилю. Пендергаст открыл багажник, и они положили в него завернутый в брезент ящик. За ящиком последовали каски и мешок с инструментами.
Захлопнув багажник, оба поспешно сели на передние сиденья. Пендергаст даже не стал снимать монтажный пояс.
Когда агент заводил машину, из пончиковой выскочил менеджер. В руке он все еще сжимал сотовый телефон.
— Эй! — вопил он так, что слышно было за квартал. — Эй, вы! Стойте!
Пендергаст включил передачу и нажал на газ. «Роллс-ройс» с визгом развернулся на сто восемьдесят градусов и понесся в сторону Корт-стрит и автострады.
Пендергаст посмотрел на д’Агосту.
— Отличная работа, дорогой Винсент. — На этот раз он улыбался не слегка, а настоящей улыбкой.
Они повернули на Александер-драйв, потом на 10-ю трассу и мост Горация Уилкинсона. Д’Агоста с удовольствием откинулся на спинку сиденья. Внизу катила волны широкая Миссисипи, под свинцовым небом казавшаяся зловещей.
— Так что там, по-вашему? — спросил д’Агоста. — «Черная рамка»?
— Несомненно.
За мостом они въехали в Батон-Руж. Время было полуденное, машин попадалось немного. По переднему стеклу широкими полосами полз дождь, стучал по верху автомобиля. Одна за другой оставались позади машины, идущие на юг. «Роллс-ройс» проехал развязку с 12-й автострадой; д’Агоста беспокойно поерзал. Возможно — всего лишь возможно, — что ждать встречи с Лорой Хейворд осталось не так уж долго. Он и не представлял, какой трудной будет эта вынужденная разлука. Ежевечерние разговоры с ней, разумеется, помогали, но не могли заменить…
— Винсент, — сказал Пендергаст, — посмотрите, пожалуйста, в зеркало заднего вида.
Д’Агоста сначала не увидел ничего особенного, только ряд машин, но потом, когда Пендергаст сменил полосу, еще один автомобиль — седан последней модели, темно-синий или черный — повторил маневр.
Пендергаст чуть прибавил скорость, обошел несколько машин и вернулся на прежнюю полосу. Через минуту-две темный седан сделал то же самое.
— Вижу, — пробормотал д’Агоста.
Прошло несколько минут. Преследователь не отставал, держась сзади и стараясь не мозолить глаза.
— Думаете — менеджер? — спросил д’Агоста. — Бона?
Пендергаст покачал головой.
— Этот тип пасет нас с самого утра.
— Что будем делать?
— Вот выедем из города, а там посмотрим. Местные дороги могут оказаться кстати.
Они проехали луизианский торгово-развлекательный комплекс, несколько парков и загородных клубов. Городские кварталы сменились предместьем, а потом сельскими пейзажами. Д’Агоста вынул свой «Глок», зарядил.
— Это — крайнее средство, — сказал Пендергаст. — Мы не можем рисковать повредить картину.
«А нас повредить — можно?» — подумал д’Агоста. Он посмотрел в зеркало, но разглядеть, кто сидит в темном автомобиле, не смог. Они проехали поворот на Сорренто, и машин стало еще меньше.
— Прижмем его? — спросил лейтенант. — Перехватим инициативу?
— Я предпочитаю оторваться, — сказал Пендергаст. — Вы не поверите, на какие подвиги способен «Роллс-ройс».
— Да, верно…
Пендергаст вдавил педаль в пол и резко повернул руль вправо. «Роллс-ройс», удивительно чуткий для такого большого автомобиля, рванулся вперед, срезал две полосы и, не понижая скорости, пошел по съезду.
Д’Агосту прижало к двери. Посмотрев в зеркало, он увидел, что «хвост» повторил их маневр и, подрезав грузовик, несется вслед за ними к съезду.
