― Она должна взять себе влиятельную фамилию, ― прошипела мать себе под нос. ― А что касается тебя, то сейчас двадцать первый век. Не стоит быть таким старомодным. То, что Тея станет Руссо, ― важное послание.
― Я оставлю это на усмотрение моей пары. Нам не нужно никому доказывать свою силу. Мою или
― Дело не только в магии, ― сказала она, ее рука все еще сжимала мою. ― Речь идет о политике, союзах и контроле. Не стоит их недооценивать. Мы должны послать Совету сигнал. Присутствие Теи напомнит им об этом.
― Моя пара ― не пешка. ― Я выдернул у нее руку.
― Нет, это не так. Она ― королева, и они будут следить за каждым ее шагом, начиная с сегодняшнего вечера, ― прошипела она.
― Как бы ни был восхитителен этот разговор, на нас начинают пялиться, ― проворчал Лисандр.
Она мгновенно выпрямилась, внезапно осознав, что к нам приковано внимание, и стала похожа на существо, в которое превратила ее маска. Посмотрев на моего брата с великосветской улыбкой, она пробормотала едва шевеля губами:
― А ты отправляешься искать себе пару.
― Черта с два я это сделаю, ― мрачно сказал он. ― Мне не нужна жена.
― Лжец, ― сказала она тихим голосом. ― Не думай, что я не заметила напряженности между тобой и этой фрейлиной. Скажу прямо, она ― неподходящая пара.
― Моя тоже. ― Я встал на защиту брата. ― А теперь ты поешь ей дифирамбы.
Прежде чем спор продолжился, по толпе пробежала дрожь. Существа, окружавшие нас, обернулись, перешептываясь и ахая, и я, не глядя, понял, на кого они уставились. Я чувствовал ее, как биение собственного сердца, как кожу, обтягивающую мои кости, как кровь, бегущую по моим венам. Нить золотой магии обвилась вокруг моего сердца и потянула к себе. Мое раздражение улетучилось. Рядом со мной широко раскрыл глаза Лисандр. Он наклонил голову, на его лице было написано удивление. Даже моя мать замолчала.
Вся вечеринка замерла, словно зная, что, несмотря на наши маски, несмотря на наложенные чары, всех потянуло прямо к
Потому что в маске или нет, но она была королевой ― и каждая душа здесь подчинялась магии, пульсирующей в ее крови.
Преображение Теи показало то, что я всегда знал ― с того самого первого момента, когда почувствовал ее запах в Сан-Франциско. Она была искушением, вечностью и настоящей, первобытной силой.
Феникс. Даже если смерть коснется ее, она воскреснет, став еще сильнее, чем прежде. Несокрушимая. Непоколебимая. Абсолютно, черт возьми, неприкасаемая.
Для всех, кроме меня.
Шелковое платье облегало ее миниатюрный торс, перья оранжевых и малиновых оттенков трепетали на плечах, груди, бедрах ― и все это горело. Языки пламени окутывали ее, не причиняя вреда, облизывали кожу цвета лунного камня, вплоть до золотой маски, скрывавшей все, кроме чувственного рта и изумрудных глаз. Они встретились с моими, и на этих совершенных губах расцвела улыбка, принадлежавшая только мне, ― улыбка, которая обещала, что только я смогу прикоснуться к этой силе, почувствовать ее кончиками пальцев, поделиться ею, когда мы удовлетворим священный зов нашей связи.
Что я и сделаю, черт возьми, как только смогу.
Она не выказала ни малейшего признака страха при моем приближении, никакого ужаса перед существом, которое показала маска, и я понял, что должен сделать.
ГЛАВА 54
Тея
Он был воплощением смерти. Джулиан всегда чувствовал себя комфортно в тени, в ночи. Сегодня он владел ими. Линии его черной маски были жесткими, они повторяли резкие, скульптурные черты его прекрасного лица. Из-за нее смотрели бездонные озера оникса. В его глазах не было и намека на синеву. Когда он двигался, свет задерживался на его кожаной одежде. На чешуе. За его спиной развевался плащ, образуя огромные крылья с прожилками.
Это был зверь, живущий в моей собственной душе, ужасное, прекрасное чудовище, принадлежащее мне. Его магия бурлила в моей крови, взывая к нему, словно чувствуя, как во мне нарастает настоятельная потребность.
Прикоснуться к нему.
Овладеть им.
Чтобы показать всем присутствующим, кому именно принадлежит Джулиан Руссо.
Его пристальный взгляд не отрывался от моего. Каждый его шаг наполнял меня страстью, в каждом его движении чувствовалась сила. Моя противоположность. Мое завершение. Равный мне во всех отношениях. Моя пара.
Все окружающие меня существа остановились и смотрели на меня, чувствуя связь между нами. Но мне было все равно. Пусть чувствуют. Завидуют. Жаждут ее. Джулиан был моим, а я ― его.
Наша связь затрепетала между нами, когда он подошел ко мне. Эти бездонные глаза не отрывались от меня, когда он опускался передо мной на одно колено.
― Моя королева. ― Его слова пронзили меня насквозь, они были интимными, даже несмотря на публичную демонстрацию верности.
Я потянулась к нему, и он сжал мою руку, его прикосновение пульсировало даже сквозь перчатки. Он поднес ее ко лбу и прижал один раз, прежде чем поднести к груди, а затем поцеловать. Мое дыхание сбилось, платье больше не было единственной частью, охваченной огнем.
