напряжения. Она смотрела так, как будто я ей нравлюсь. Очень нравлюсь.
Старушка спешила к нам со шквалом благодарных слов, а похититель сумок извивался и
проклинал меня, но я едва замечал и то, и другое.
Я видел только Лекси.
Ее лицо медленно расплывалось в улыбке, она моргала от яркого солнечного света и, возможно, от чего-то еще. Я мог бы назвать эмоцию, если бы мой мозг не был затоплен
адреналином
– Мой герой, – вздохнула она.
И я не был уверен, что она шутит.
ГЛАВА 6
Лекси
– Не могу поверить, что ты вырубил грабителя сарделькой.
А еще не могу поверить, что иду в дом парня, который вырубил грабителя сарделькой.
Парня, которого я знаю меньше сорока восьми часов, и чьи ямочки на щеках заставляют
меня вести себя глупо.
Но я ни капельки не чувствовала себя глупо, когда Ной придержал для меня дверь и повел
в свой дом.
– Думаю, он не был самым ярким грабителем в городе, раз посчитал неплохой идеей
вырвать кошелек у старушки в двух кварталах от полицейского участка, – заметил Ной, когда я вошла. – Как только полицейские добрались туда, они взяли бы его, если бы этого
не сделал я.
– Да, но не с таким артистизмом, – ухмыльнулась я и сбросила ботинки возле двери.
– Извини, что не прибрано, – сказал он, хотя было не понятно, о чем, черт возьми, он
говорил. Это место было просто безупречно. И очаровательно. Я медленно сделала круг, рассматривая папоротник в синем горшке, кожаный диван цвета моих самых удобных
ботинок и самый прекрасный камин, который я видела в своей жизни. Блин.
Я сделала шаг вперед и потянулась к нему.
– Это просто великолепно.
Я задохнулась, когда пальцы коснулись гладких речных камней, выложенных на стене от
камина до потолка. Это место было высотой в два этажа и выглядело как что-то из
журнала домашнего дизайна. Серые, коричневые, кремовые, сверкающий обсидиан, некоторые даже зеленые и красные. Расположены они были в головокружительном
порядке, и мне пришлось отступить, чтобы увидеть всю картину целиком.
Темная полоса камней образовывала слегка изогнутую реку, а дуга из серых и белых
камешков – заснеженные вершины.
– Я никогда не видела ничего подобного, – выдохнула я. – Просто невероятно.
– Спасибо, – ответил Ной. – Это часть моей работы.
Я повернулась и посмотрела на него.
– Да ты издеваешься.
Он качнул головой, и я увидела отблески смущения в его глазах. Это чертовски мило.
– Нет. Мне потребовалось три месяца, чтобы нарисовать это и найти все камни, и еще
восемь, чтобы все это разложить.
– Просто невероятно!
Ной улыбнулся и провел пальцами по волосам.
– Спасибо. Я купил дом как ремонтную мастерскую. Чтобы облагородить его, у меня
ушло немного больше времени, чем я планировал, но камин был первым, что я сделал. Он
еще не закончен.
Я повернулась к камину, но не увидела ничего, что выглядело бы неуместным или
недоделанным.
– Ты имеешь в виду этот кусочек? Место без камней?
– Да. Здесь должно быть солнце. Еще не нашел подходящего материала.
Я смотрела на стену, слишком проникаясь красотой, чтобы беспокоиться о крошечном
незаконченном участке.
– Поверить не могу, что ты сам сделал это.
Это действительно произведение искусства. Я снова прикоснулась к камням, поражаясь
гладкости больших речных окатышей, тому, как они выступают из стены, словно
ступеньки. Все это выглядело как что-то живое. Как дышащая, бурлящая сцена из
природы.
Помимо того, что он спасатель крыс и ловец воров сардельками, Ной Донован – один из
безумно талантливых художников.
Он приблизился ко мне, и я почувствовала тепло его тела над своими голыми руками.
– Красноватые вон там – это яшма, – пояснил он, указывая пальцем. – Эти черные –
базальт.
– Ты собрал все сам?
– Почти все. Мне пришлось заказать серебряные. Те, которые выглядят как звезды.
– Даже не думала, что такое вообще возможно, – отнимая руку от стены, повернулась к
Ною, который стоял вытянув руки по швам, на лице – смешная маленькая улыбка.
– Спасибо, – поблагодарил он. – Я могу показать тебе свое портфолио, если хочешь.
Я постаралась не рассмеяться, потому что «показать свое портфолио» прозвучало как
какой-то дурацкий подкат. Знаю, что он не это имел в виду, но дело в том, что я бы не
возражала, если бы он имел в виду именно это.
– Поосторожней, – предупредил Уотсон.
Харлоу просто упал в обморок.
– Хочу посмотреть твои работы, – сказала я, задаваясь вопросом, услышал ли он в моих
словах некий подтекст.
– Сначала о главном, – Ной засунул руки в карманы. – Бартоломью вернулся в гостиную.
Уверен, он будет рад тебя видеть.
Бартоломью. Правильно. Я отвратительная сиделка, верно? Сначала я потеряла питомца, а
потом забыла о его возвращении, потому что отвлеклась на каменное искусство и до
тупости горячего каменщика, который его создал.
Я последовала за Ноем по короткому коридору. Он повернулся к первой двери слева, и
мне пришлось протискиваться мимо него, чтобы увидеть аквариум длиной с мое тело. Он
был прижат к дальней стене, и меня накрыло облегчение, когда я увидела маленького
серого лесного хомяка, стоящего на задних лапках. В его взгляде читался укор: «Где, черт
возьми, ты шаталась?»
