Ненецкая девушка мне сказала: «Кто не построит лодку, дом и не убьет медведя, — тот не мужчина».
Хотя поэт на выдумки не беден,Растаешь ты вдали, уйдешь в пургу.Построить лодку, дом, убить медведя —Я ничего такого не смогу.Не потому, что нет во мне азарта,Не потому, что крылья не легки.Захочешь — я умчу тебя на нартахСвоей шальной, рискованной строки.Ио это к слову. Я тебе не нужен.Придет другой — лихая голова.Он будет по-медвежьи неуклюжимНа всякие красивые слова,Неловок до отчаянья в беседе,Такой молчальник, что из сердца стон.Но дом построит и убьет медведя,И победит тебя — лишь только он!<p>«Обычный двор, ташкентский двор…»</p>Обычный двор, ташкентский двор.Собака дремлет, голубь бродит.И откровенный разговорОни со мною вдруг заводят.Больна собака и стара.И повидала в жизни виды.Была доверчива, добра,А получала лишь обиды.Вот так ты душу отдаешь.Все терпишь, хоть бывает всяко.Я чем-то все-таки похожНа ту ташкентскую собаку.<p>«Все явственнее доносился в Киев…»</p>Все явственнее доносился в КиевДнепровской битвы отдаленный гром.Не спали жители в часы такие:Ведь участь их решалась за Днепром.И если голос пушек, лязг металлаПугал в ночи проснувшихся ребят,То мать, склонившись, тихо им шептала:— Не бойтесь. Спите. Это Сталинград…И славой осененный, и величьем,Вошел он, опален и запылен.Снял каску и — как требует обычай —Отвесил низкий Киеву поклон.<p>«Те годы… Снова воскрешать их…»</p>
