— Мне кажется, на самом деле он не хочет, чтобы вы страдали, — осторожно произнес юноша. — Сэр Гастон всегда очень хорошо обращается с женщинами. Настоящий кавалер.
— Кавалер? — Селина прекратила кидать солому, со значением оглядела вонючий сарай и обратила взгляд на долговязого юношу. — Не боясь ошибиться, скажу, что это не так.
— Он бы не поступил подобным образом, если бы вы выполнили его просьбу.
— Я не могу сообщить королю сведений, которых не имею, — с тоской произнесла она, устав повторять одно и то же. — Я не в состоянии объяснить этого, но, как бы Гастон ни поступил со мной, я никогда не смогу ничего сообщить о намерениях Туреля.
— Я боюсь за вас, миледи. — Этьен побледнел.
У Селины внутри все оборвалось. Сначала король с его предупреждением, теперь собственный вассал Гастона. Почему все стараются убедить ее, что Гастон представляет для нее опасность?
— Нет, Этьен, он ничего мне не сделает. Если он действительно настоящий кавалер, он никогда…
— В этой ситуации я ничего не могу обещать. — Голос Этьена звучал уныло.
— Почему? Почему он так ненавидит меня?
— Из-за несчастья, которое произошло с его отцом и братом, — как о чем-то всем давно известном сообщил Этьен.
— Что с ними произошло? — Селина помотала головой, ничего не понимая.
— Об этом все знают.
— Я ничего не знаю. — Юноша осуждающе взглянул на нее, явно подозревая в неискренности. — Этьен, раз все об этом знают, то не будет беды, если ты мне расскажешь.
— Вам действительно не известно об этой истории? — недоверчиво спросил он.
— Нет же! Я не знаю ничего о происходившем до моего появления здесь в ночь на новый год.
— Может быть, и вправду на ваш караван напали, и в сражений вас ударили по голове, и вы потеряли память?.. — после некоторого колебания произнес Этьен.
— Возможно. Но я действительно не помню, что произошло в лесу и до того. Пожалуйста, Этьен, помоги мне восстановить эти события!
— Как знать, — посветлел лицом Этьен, — может быть, вспомнив, вы перестанете упрямиться и согласитесь на просьбу господина? Тогда он пощадит вас и избавит от грязной работы. Хорошо, миледи, я все расскажу вам. Отец милорда и его брат погибли прошлой осенью во время турнира, организованного вашим опекуном, герцогом де ла Турелем. Сэр Гастон уверен, что это было убийство.
Селина вздрогнула и на несколько мгновений потеряла дар речи. Его отец и брат убиты!
— Но… откуда у него такая уверенность? — спросила она, смешавшись. — А если произошел несчастный случай? Разве не было свидетелей их смерти? — Она вспомнила, как видела во многих кинофильмах сцены турниров, рыцарей в блестящих доспехах, скачущих навстречу друг другу, женщин и кавалеров, наблюдающих за схваткой из-под красочных навесов.
— Разумеется, никаких свидетелей не было. — Этьен смотрел на нее с откровенным изумлением. — Это же был турнир, миледи, а не рыцарский поединок.
Селина ответила ему недоуменным, взглядом:
— А в чем разница? Этьен, объясни, пожалуйста, подробнее. Я… не… могу вспомнить.
— Турнир больше похож на военное сражение, — начал он с таким видом, будто это известно любому младенцу. — Два отряда рыцарей бьются несколько дней подряд на огромных пространствах. Не только на поле, но и в лесах И даже городах. Они сражаются ради наград, выкупа и славы за их воинскую доблесть. И бывает, что во время турниров убивают или наносят серьезные ранения. Церковь выступает против турниров, считая это занятие нехристианским.
Селина в ужасе смотрела на своего собеседника. Его рассказ не имел ничего общего с ее представлениями, почерпнутыми из фильмов.
— Значит… отец и брат Гастона были убиты в таком разыгранном сражении?
— Нет, миледи. Их тела нашли после окончания турнира… — Он вдруг умолк, усомнившись, стоит ли рассказывать ей подробности. — Обстоятельства их смерти были очень… подозрительны. Особенно если учесть, что именно герцог прислал им вызов на турнир и, как только нашли тела, заявил претензии на их замки и земли. Боюсь, что если бы милорд был там, то и его…
— Но почему его там не было?
— Это не важно, — после некоторого молчания произнес Этьен, глядя в землю. — Я должен дорассказать, что было дальше. — Он поднял на нее горящие глаза. — Де ла Турель не стал дожидаться и сразу же захватил спорные земли де Вареннов. Он приказал своим людям грабить деревни, забирать продукты и ценности. И сам Турель… нескольких жен и дочерей крестьян… — Юноша замолчал и покраснел от смущения.
— Он их изнасиловал? — прошептала Селина.
