Она хотела всего лишь вернуть себе веру в себя, почувствовать себя красивой и желанной, после болезненного расставания со своей первой любовью. И для этого выбрала самого улыбчивого и отзывчивого парня в университете, который, по слухам, не был заинтересован в серьёзных отношениях. Задуманное получилось. Вот только со временем Лина поняла, что влюбилась в своего одноразового любовника…
Хмелёва остановилась возле входа в подъезд. Задрала голову вверх и посмотрела на дом, в который ей придётся войти, если, конечно, она всё же осмелится это сделать. Ладони вспотели, и она нервным движением вытерла их об юбку. Но это действие Лину совсем не успокоило, наоборот, заставило сердце биться ещё быстрей. Кажется, она переоценила степень своей храбрости. И она уже готова была убежать трусливым зайцем обратно домой, но вспомнила, что не в её принципах отступать, поэтому она вошла в подъезд (благо та оказалась открытой) и медленным шагом стала подниматься по лестнице на четвёртый этаж.
За то время, что потратила на преодоление ступенек, немного успокоилась и окончательно подавила в себе позорное желание сбежать. Нет, ей просто жизненно необходимо воплотить задуманное, чтобы идти дальше без сожалений и не оглядываться вечно назад. Может, кому-то и покажется её идея нелепой или глупой, но для неё задуманный поступок был действительно важен…
Перед дверью в нужную квартиру, Хмелёва перевела дыхание и, досчитав до десяти и обратно, нажала на кнопку звонка. Трель ещё не успела затихнуть, а дверь уже открылась, явив взору Лины статную фигуру одногруппника. Косарев Сергей. Именно его она выбрала на роль эдакого переходного пункта от своего неудачного прошлого к светлому будущему.
Лина улыбнулась парню, ещё раз поздоровалась и невольно скосила взгляд на лестницу. Последняя возможность сбежать. Солгать, что вспомнила о неотложных делах, и убежать, куда глаза глядят.
Нет, нельзя. Она же потом саму себя будет упрекать в трусости. Ещё больше погрязнуть в комплексах нельзя. Иначе совсем расклеится.
— Ну, проходи, коль пришла, — с обворожительной улыбкой на лице сказал тем временем Косарев.
Благодарно кивнув, Лина прошла внутрь квартиры и осмотрелась. Ничего выдающегося, обычная планировка среднестатистической квартиры. И ей, дочери успешного бизнесмена, должно претить общаться с таким парнем, и тем более приходить к нему в гости, но нет, отвращения она не испытала. Хотя до этого момента никогда не общалась с человеком ниже её по социальному статусу. Но она специально выбрала именно Сергея, поскольку знала, что он не будет настаивать на большем, нежели она сможет ему дать…
— Чай? Кофе? — предложил ей Сергей.
— Чай, пожалуйста, — тише, чем хотела, ответила Лина, присаживаясь за стол в гостиной. Или в таких квартирах лучше называть эту комнату залом?
Косарев кивнул и вышел, предоставляя своей гостье возможность ещё больше накрутить себя сомнениями или же, наоборот, набраться храбрости.
Он вернулся спустя несколько минут с двумя чашками в руках. Потом сходил за печеньем и шоколадными конфетами. Усевшись напротив, сосредоточил на ней всё своё внимание.
Лина зарделась и потупила взор. Откровенно говоря, ей стало стыдно смотреть в эти серо-голубые глаза. А если он её оттолкнёт? Посмеётся над нею и выставит за дверь? Может, для её плана нужно было всё же выбрать Стаса Баландина? Тот — Дон Жуан, и точно не отказался бы от её предложения. Но сплетен бы тогда было…
— Так какая именно тема по высшей математике тебе непонятна? — её рассуждения прогнал спокойный и немного хрипловатый голос Косарева.
Лина закусила губу и, отставив чашку с недопитым чаем в сторону, медленно поднялась на ноги. Пристально смотря на удивленного её действиями одногруппника, обошла стол и остановилась напротив него. Выдохнула и, прикоснувшись ладонью к его щеке, несмело улыбнулась. Сергей вопросительно изогнул бровь, а она, боясь всё же передумать, потянулась к нему в намерении поцеловать в губы. Лучше наглядно продемонстрировать цель своего визита, нежели что-то объяснять. Вдруг ей и говорить ничего не придётся? Вдруг он сразу же соблазнится её неуклюжей попыткой заманить его в постель?
Однако Косарев явно не собирался облегчать ей жизнь. От поцелуя он ловко увернулся, а потом и вовсе отстранил её от себя.
— Не помню, чтобы мы что-то такое проходили на лекциях, — холодным тоном заметил Сергей, явно раздражённый её выходкой.
Лина растерялась. Уговаривать она не была намерена, но и озвучить вслух причину своего прихода тоже не могла. С мольбой посмотрев ему в глаза, она готова была расплакаться. Никчёмная. Даже соблазнить парня не может. Иван был прав: она скучная и до отвращения правильная папина дочка. Но уже в следующее мгновение она разозлилась. В ту же секунду она выпрямилась во весь рост и без промедления стащила с себя футболку, под которой ничего не было, кроме кружевного чёрного бюстгальтера. Затем потянулась обеими руками себе за спину, чтобы расстегнуть последнюю деталь верхнего белья, но вновь была остановлена. Сергей резко поднялся, сделал шаг к ней и, не дав ей совершить задуманного, обнял за талию и буквально впечатал в своё тело.
— Что ж, если девушка ТАК настойчиво предлагает себя, то я не смею ей отказать, — на выдохе произнёс он.
