– Ну, телескоп работает на физических принципах, поэтому я консультировался с ним по некоторым моментам, – Колян мог только надеяться, что эти слова отвели подозрения от профессора.
– Телескоп? – Инна еще раз огляделась, видимо, пытаясь увидеть что-то, похожее на оптику. Она не догадывалась, что собой представляет этот телескоп, и вообще не понимала, о чем речь.
– Да. Мое изобретение, – спохватился Колян. – Я, наверное, сбил тебя с толку.
– Мягко говоря, – согласилась Инна. – Так что там с телескопом? И где он вообще?
– Это устройство – мое изобретение и настоящий прорыв для астрономии и физики. Часть выведена на крышу, хотя это было не обязательно. А в основном он здесь.
– Где здесь?
– Вот, – Колян указал на системный блок.
– Это? – удивилась Инна.
– Ну да.
– Ну хорошо, а подвал? Подвал-то ты тоже сам сделал?
– Нет, подвал сделал мой брат, – взгляд Коли невольно упал на зеленую бейсболку, висевшую на крючке возле монитора телескопа. Подвал и эта кепка были единственным напоминанием давно ушедшего старшего брата Коляна.
– Он крут, – сказала Инна.
– Да, – согласился Колян. Затем добавил. – Его звали Виктор.
– Звали? – удивилась Инна. – Почему звали? Он что, умер?
– Когда я был еще маленьким, детсадовского возраста, мы с братом часто ходили зимой кататься на коньках, – начал Колян, не понимая, зачем решил рассказать это. – Я очень плохо катался и стеснялся показывать свое неумение при других ребятах. Поэтому брат водил меня на замерзшее озерцо, подальше от людей. Мы сами чистили его от снега, и брат учил меня кататься.
Колян замолчал на некоторое время. Инна не отрывала от него печального взгляда. По всей видимости, она уже догадывалась, что могло случиться.
– Он провалился под лед? – спросила она.
Коля отрицательно помотал головой.
– Я провалился под лед. Вик, не раздумывая, бросился за мной. Он даже не стал тратить время, чтобы разуться – снять коньки. Он спас меня, но сам выбраться не смог.
Колян закрыл глаза. Прошло уже очень много времени. Прошли годы. Но эта картина появлялась перед его глазами, словно это случилось только вчера: вот лед проваливается под его ногами. Он оказывается в студеной воде, а расколовшиеся льдины больно бьют по его коленям. Его почти моментально уводит под воду с головой. Секундой позже кто-то ныряет рядом с ним. Сильные руки хватают его и поднимают над водой. Колян цепляется руками за лед. Позади брат подталкивает его вверх, и Коля выбирается на поверхность. Он оборачивается и видит Виктора в воде. Руки брата держатся за край льда, но тяжелые коньки тянут его вниз. Пальцы Виктора соскальзывают, и он уходит на дно. Еще несколько секунд Колян видит, как брат барахтается руками. Колян ждет. Он не верит, что тот, кто спас его, может погибнуть сам. Брат должен вынырнуть, улыбнуться Коляну и выбраться на замерзшую гладь. Но вместо брата на поверхности воды появляются пузырьки.
– Жаль твоего брата, – сказала Инна. Колян открыл глаза. Слова Инны звучали совсем не так, как в начале. Они не были небрежными или холодными. На этот раз чувствовались настоящие искренность и тепло. Инне действительно было жаль. Сердце Коляна завибрировало, и ему захотелось еще больше поговорить с Инной о брате.
– Он построил этот подвальчик, переоборудовав обычный подпол. Залил пол бетоном, стены обложил кирпичом, завел электричество.
– Он тоже хотел сделать лабораторию?
– Нет. Он любил спорт и планировал здесь небольшую тренажерку.
– Знаешь, твой брат большой молодец и настоящий герой, – сказала Инна
– Да, – согласился Колян, чувствуя себя теперь в несколько неловкой ситуации. То чувство, когда девушка, которая тебе нравится, влюбляется не в тебя, а в твоего покойного брата.
– Мда, а мы с мамой живем в квартире, и у нас никогда не будет собственного подвала, – сказала Инна. – Да и квартира не наша – снимаем.
Колян снова внутренне ожил. Раз Инна захотела поговорить о себе, это могло что-то значить. Познакомиться ближе: узнать о Коле, рассказать ему о себе. Разве не так завязывается знакомство между людьми? Главное, что он был интересен Инне.
Но Коля тут же одернул себя. За то небольшое время, что Инна была у него в доме, он уже пару раз обнадеживался, а потом снова разочаровывался. Его глаза буравили телескоп, и он поймал себя на мысли, что хочет поскорее поделиться о его работе с профессором и, в конечном итоге, со всем миром. Но он не мог просто попросить Инну уйти.
– Вернемся к физике? – предложил Колян.
– Ах… Да… – расстроенно произнесла Инна. – Я и забыла, зачем я здесь. Но можно мы тут позанимаемся?
Коля утвердительно кивнул ей. Он показал на свое рабочее кресло перед телескопом.
– Присаживайся, а я принесу стул для себя, – сказал Колян и отправился наверх за табуреткой.
