На следующий день после несостоявшегося матча с Пединститутом Антонина Ивановна пригласила меня и Электроника к себе в тренерскую комнату. Она сидела за столом в спортивном костюме, а на шее у нее болтался свисток на веревке. В общем, эталонный физрук.
— Ребята, я вас пригласила по очень важному поводу, — произнесла она и сделала паузу.
Вот обожаю эту манеру общения! Произнести общую, если не заезженную фразу и мучать собеседника ожиданием. Мол, думай, что случилось. И что самое веселое, с хорошими вестями так не делают. После такого либо ругают, либо расстраивают.
— В общем, мне таки удалось заманить в команду еще двух человек. Архипов все же согласился, плюс один студент выпускного курса в деле. Вы его не знаете.
— Поздравляю, — прерываю ее поток сознания. Просто знаю черту преподавателей. Дай им волю, они будут часами трещать о своих студентах, — А как это касается нас?
— Хороший вопрос, — подметила тренерша, — Перейду к делу. Степа, я исключаю тебя из состава.
Забавно, я и забыл, что у Электроника есть имя. В общении обхожусь без обращений.
Моего приятеля новость об исключении не расстроила, скорее даже наоборот.
— А со мной что? — задаю уточняющий вопрос.
— Ох, Модест. С тобой все сложнее. Я бы хотела оставить тебя в составе, но не знаю. Лимит на заявку есть все же. Вот ты сам как…
— Я поддерживаю собственное исключение из состава, — перебиваю ее.
Ивановна удивилась, что мигом отразилось на ее лице.
— А почему?
— Не мое это. Плюс после первой игры тело ломило страшно. Это еще хорошо, что второй матч отменили. В общем, о душе мне надо думать…
— О душе! — тренерша злобно усмехнулась, — Такой молодой, а уже заупокойные темы заводишь, — она махнула рукой, — Ладно, дело твое. Но если вдруг передумаешь, дай знать.
— Обязательно, — отвечаю и мы с Электроником выходим.
Передумывать, естественно, никто не собирался.
**************************************************************
До субботы время прошло спокойно. Занятия никто не отменял, но ничего особенного там не происходило. Разве что Шурик так и не вернулся. Я интересовался у Электроника, что да как, но он отвечал, что «сам без понятия».
Оставалось только надеяться, что пресловутые законы и эффекты тут не причем. Хотя в этом был бы смысл. Должен же кто-то пропасть, а раз Модест не хочет этого делать, то безвестный похититель душ выбрал себе новую жертву. Но это лирика. Хотелось все же верить в хорошее.
Впрочем, все печальные размышления было решено отложить на потом. Сейчас есть дела поважнее.
Мы с Таней заранее договорились, что я приду к ней в районе шести вечера. Как раз в это время начнется праздничный банкет, а потому нам никто не помешает. Надо ли говорить, что на место я пришел минута в минуту?
Вот только сразу подниматься не стал. Сначала нашел более-менее уцелевшую траву и начал усиленно шевелить ногами. Ноябрьская слякоть уже проявилась во всей своей красе. Проще говоря, подошвы обуви были в грязи, а пачкать чистые советские подъезды желания не было никакого.
Мимо прошли несколько пенсионеров. Они изучающе посмотрели на меня и улыбнулись. Сразу все поняли. Завершив процедуру, таки поднимаюсь и стучусь в дверь.
Мне не открыли. Интересно, а что случилось? Стучу еще. Тишина. Начинаю долбить ногой по двери. Это, конечно, плохо, зато громко.
Наконец с той стороны послышалось копошение. Потом характерный для открывающегося замка звук и…
— Привет. О, это ты! — меня встретила заспанная Таня. Она была в одних трусах и бюстике, а лицо явно говорило о том, что еще минуту назад она мирно спала, — А я тут задремала что-то.
— Бывает, — говорю и улыбаюсь, — Я войду?
— Конечно, проходи, — девушка сделала приглашающий жест и отодвинулась, пропуская меня внутрь. Вхожу.
Пока разуваюсь, слышу звуки журчащей воды в ванной. Все ясно: холодная вода лучшее средство для экстремального и резкого пробуждения. Проверено тыщу раз.
Захожу в комнату. Там уже стоит импровизированный стол (просто две табуретки вплотную), на котором красовалось… шампанское.
— Вау, — у меня буквально вырывается восторг.
В магазинах я его не видел. Возможно, невнимательно смотрел или не искал специально, но сам факт.
Хотя, помню, читал что-то такое. В общем, как раз в 1985 году началась антиалкогольная кампания, в рамках которой сократили производство веселящих напитков. А еще виноградники вырубали, что тоже сыграло свою роль. Так что, возможно, поэтому и не видел.
— Я рада, что ты удивлен, — отозвалась Таня. Она уже выглядела посвежее и говорила четко. Все же народный метод работает.
— Не то слово. Откуда, если не секрет?
— Да брат организовал… По своим каналам.
— Понятно.
Подробности мне узнавать совершенно не хотелось. Да и какая разница?
— Только я не знаю, как открывать. Чтобы не разлить, — сказала девушка смущенно.
— Это мы можем.
Беру бутылку. Убираю все лишнее и вижу своего главного соперника - пробку. Благо она была пластмассовая.