– А если я скажу, что сейчас 1975 год? Что тогда?
На лице женщины в белом колпаке залегли глубокие морщины, губы стали тоньше, а глаза темнее. Она нажала на кнопку под столом. Вошел трезвый санитар из новой смены. Антон его не знал.
– Машина пришла? – спросила врач.
– Пришла.
– Счастливого пути!
Антон встал и пошел к выходу из кабинета вслед за санитаром.
В коридоре его переодели в одежду, в которой он поступил, и, взяв с двух сторон под руки, повели на улицу. Больные провожали его долгими взглядами, дед вжался в дверь своей палаты, но в остальном все было спокойно – ненормальные жили своей нормальной жизнью.
На улице Антона передали двум другим санитарам.
– Смотрите за ним в оба, – сказал санитар из клиники. – Он буйный.
– Да ладно, мало ли мы психов перевезли, – ответил один из них. – Ну, что, псих, поехали? – спросил он у Антона.
– Поехали, – ответил он и залез в темно-зеленый «уазик» с красным крестом на борту.
Один из санитаров сел вперед к водителю, а другой – в салон вместе с Антоном. Машина тронулась и выехала за железные ворота клиники.
Вскоре за окном стали проноситься зеленые улицы и площади Углеца. Транспаранты, красные флаги, желтые бочки с квасом и дети в красных галстуках – все было на своем месте, и где-то там в этих улицах затерялась Наташа.
Антон долго смотрел в окно, потом повернулся к санитару, сидевшему напротив на деревянной скамейке. Тот мучился с похмелья. Антон почувствовал в нем родственную душу.
– Мы с ребятами вчера хорошо погуляли, – как бы между прочим заметил Антон.
– Слышал, – буркнул санитар.
– Хорошо время провели. По три бутылки уговорили на брата. Прикинь?
– Угу…
– Я вижу, ты тоже время зря не терял?
– Угу…
– Что пил?
– «Агдам».
– Мы тоже…
Машину потряхивало на разбитой дороге.
– Долго ехать? – спросил Антон.
– А то ты не знаешь?
– Как насчет бухнуть?
– Бухнуть?
– Я знаю, где взять.
– Нельзя.
– Можно.
– Нельзя.
– Это нам по пути – на Затонной. Тут рядом.
Пауза.
– Круг.
– Зато там у меня есть кирево, – сказал Антон и отвернулся, словно разговор ему наскучил.
– Врешь, – ответил санитар.
Антон повернулся всем телом и подался вперед:
– Давай поедем заберем. Жаль, добро пропадает. Когда я еще выберусь…
– Нельзя, – замотал головой санитар. – Нельзя…
– А срать в штаны можно? – закричал на него Антон.
– Что? – удивился санитар.
– А я сейчас это сделаю. Прямо тут. А потом нассу.
– Зачем?
– Я сумасшедший! Какой с меня спрос? А если ты не соображаешь, когда тебе предлагают хорошее дело, тогда будешь ехать и нюхать. Усек?
– Нет.
– Кто из нас псих? – спросил Антон.
– Ты.
Антон покачал головой:
– Нет, это ты псих. А я не псих, потому что живу по другим правилам. Там, где ты говоришь нельзя, я говорю – можно. Это свобода, чувак. Философское понятие.
– Не понял.
Санитар помотал головой. Видно, что он честно пытался сообразить, но что-то в нем перемыкало, и вся цепь не работала.
– Давай снова, – предложил Антон.
– Ну.
– Выпить хочешь?
– Ну.
– Ты вот что любишь?
Антон наклонил голову и приблизился поближе.
– «Агдам» люблю, – заметил санитар.
– И я люблю «Агдам».
– Ух ты!
– А у меня там три бутылки. «Агдама». Ехать долго. По дороге и выпьем. Ну как?
Санитар задумался. Видимо, в этот раз все сработало, и цепь замкнулась. Он постучал в переднее окошко, отделяющее салон от водительской кабины. Там появилась голова другого санитара.
– Серега, надо на Затонную заехать. Кирева взять, – сказал первый. – Говорит, припас у него там.
Второй санитар внимательно посмотрел на Антона, потом на водителя.
– Семеныч, ты как? – спросил он.
– Как, как… С утра уже трубы горят!
– Ну так давай, – с обидой закричал санитар, – заворачивай! Чего спишь?
Водитель резко дал по тормозам – все в салоне полетели на пол. Потом радостно крутанул руль, и «уазик» практически развернувшись на одном месте, помчался в обратную сторону, подпрыгивая на кочках и завывая мотором.
Вскоре впереди показался продуктовый магазин. Антон крикнул, чтобы рулили прямо к нему. Перед магазином «уазик» затормозил всеми четырьмя колесами и встал как вкопанный.
– Все, приехали, – сказал Антон, и они все, включая водителя, выбрались на улицу.
– И где тут кирево? – спросил первый санитар.
– В магазине. Я тут грузчиком работал. Пошли, у меня там есть заначка.
Вся компания зашла внутрь пустого магазина и остановилась в центре зала.
– Ждите тут, а я сейчас все организую, – сказал Антон.
Он подошел к Валентине, одиноко стоящей за прилавком:
– Привет.
– Привет, – Валентина понимающе покачала головой. – Собутыльников привел?
– Пошептаться надо, – сказал Антон, понизив голос до шепота.
Валентина придвинула голову в белом чепце:
– Ну?
– У тебя здесь есть черный ход?
– Ну, есть.
– Выпусти меня незаметно.
Пауза.
– А что мне за это будет?
– Все, что захочешь!
– Все?
– Да.
– А если я захочу побывать в раю?
– Я тебе это устрою, – сказал Антон и махнул рукой своим друзьям – мол, все в порядке, сейчас будет!
Валентина оценивающе посмотрела на Антона. Тот приосанился и повернул лицо в профиль, потом обратно. Опять придвинул лицо:
– И еще мне нужно три бутылки «Агдама». Ребят подогреть. Я потом отработаю.
