— Сорокового года. Полностью рабочие. Еще и нас переживут.
— Ух ты! — демонстративно восхитился я, наклоняясь вперед, чтобы рассмотреть их ближе. Одновременно, краем глаза я заметил, что у водителя в руке зажат ствол пистолета. Он как бы случайно положил руку себе на колени, прикрыв шапкой. Про себя с сожалением отметил, что хэппи-энда в сделке не предвидится.
Помедлив, я принял подарок. Глядя на все рассеянным зрением, я фиксировал происходящее. Вот Валера, сидя рядом со мной, зачем-то полез в карман, водитель пока никак не себя не выдавал, хотя руку переместил левее. И только лишь Студент, с самодовольной ухмылкой продолжал таращиться на меня, что-то рассказывая.
— Проверим в действии?
— Обязательно. Только сначала давай финансовый вопрос уладим, — кивнул Захар.
— Ну что, с тебя тысяча сто, — вдруг выдал он, закрывая свою сумку.
Я слегка удивился. Барыга это дело приметил и нагло посмотрел мне в глаза, выдавил кривую улыбку.
Вот оно — началось!
— Разве мы не на девятьсот договаривались? — напомнил я, посмотрев на свой рюкзак.
— Так то вчера было, — хмыкнул Рылов. — Я добавил в общую сумму стоимость хранения и транспортировки. Думаешь, все просто так?
— Интересный расчет, — спокойно ответил я. — Но так не пойдет.
— Что не пойдет? — подал голос бледный Валера. Я заметил, что на виске вздулась жилка — нервничал гад, хотя старался не подавать виду. — Ты что не хочешь платить? Кинуть нас решил?
— Э-э, сержант! Нехорошо! Мы тебе эти стволы с самого Житомира сюда тащили, — нахмурился Студент. — Людей озадачивали. Думаешь, так просто их раздобыть? Слушай, ты вроде сам говорил, что деньги не проблема. Ты чего буровишь тут?
— Не хорошо переобуваться на бегу! — хмыкнул я, изобразив неуверенность.
Они потихоньку давили со всех сторон, загоняя меня в невыгодную позицию, однако я это заранее предвидел, а потому вел себя спокойно и сдержано.
— А, я понял! Ты второго с собой притащил, потому, что одному страшно было? — вдруг рассмеялся Валера. — Сдается мне, что никакой ты не коллекционер. Бабки-то хоть есть или ты сюда пустым явился?
— Знаешь что, паря… Доставай-ка деньги! Или мы тебя на ремни порежем! — водитель развернулся и направил на меня пистолет. Одного вида хватило, чтобы понять — это был простой пугач. Реагировать я не стал, играл свою роль дальше.
— Ну! — рявкнул Валера, толкнув меня в плечо. — С тебя еще сотня за медлительность!
Тут я старательно симулировал испуг. Прижался к краю сиденья, быстро и часто закивал головой, сделал ряд неуверенных жестов. Подтянул к себе рюкзак.
Валера и Студент рассмеялись.
Я расстегнул молнию, принялся искать деньги. Краем глаза увидел, что водила отвлекся и опустил ствол, при этом он держал его небрежно. Кажется, сработало — меня приняли за перепугавшегося дурака. Сами расслабились. Вот и отлично.
Медленно начал вытаскивать деньги. Сначала одну пачку, потом вторую. Третью.
Мы с Григорием намеренно распихали их по разным стопкам, чтобы создать видимость объема.
— Дай сюда! — Валера нетерпеливо вырвал у меня сразу три пачки, швырнул одну Рылову. Тот ловко поймал, помахал ею в воздухе.
Все три ствола, которые я собирался приобрести, лежали между ног у бледного. Незаряженные — они были полностью бесполезны. Но ведь у меня при себе имеется трофей от Петра, который ждет нужного момента.
Под видом того, что я собираюсь достать очередную пачку купюр, я нагнулся еще ниже.
— Темно тут у вас! — пробормотал я, прищурившись.
Затем быстро выпрямился, держа в руке полностью готовый к использованию перцовый баллончик.
Пока барыги не сообразили, что именно у меня в руках, я быстро выпустил первую струю в морду повернувшегося ко мне водилы.
Тот истошно взвыл, схватился за лицо ладонями, задергался. Выронил пугач.
За долю секунды, я воспользовался баллончиком еще раз.
Морду Захара перекосило. Вторая струя, уже плотнее, чем первая — попала точно ему в глаза. Студент взвыл, словно раненый гиппопотам. Из глаз брызнули слезы — куда тут радоваться легким деньгам, что они решили отжать у молодого, прикинувшегося коллекционером?
Валера, не поняв, что произошло, остолбенел. Поверив в себя, и схватился за нож — именно его он доставал из кармана. И вдруг увидел нацеленный ему в лоб ствол «Макарова». Причем мой пистолет был вовсе не пугач, а полностью боевой экземпляр.
— Вышел наружу! — рявкнул я.
Тот не шелохнулся, с ужасом глядя на пистолет.
— Повторять не буду!
Трясясь от страха, он смотрел на корчащихся от боли Студента и водителя. Пытался что-то сказать, но при этом сильно заикался… Оба пострадавших от «перцовки» выли так, будто их серной кислотой облили. Ругались, выкрикивали проклятия. Слезы ручьем текли из их глаз, морды красные…
Пришлось ткнуть рукояткой в лоб бледному, чтобы тот думал быстрее. Валера охнул, выронил нож и тут же потянулся к двери. Та распахнулась, барыга чуть ли не вывалился наружу. Все три немецких пистолета упали на резиновый коврик на полу.
— Вытащи водилу из машины! — приказал я Валере, продолжая целиться в него из «ПМ».
