— Создатели Эпсилиона хотели населить пространство города не ботами для выполнения основных операций, как происходит сейчас, а цифровыми клонами людей. Они могли бы жить здесь, в виртуальной реальности, собственной жизнью и работать на благо человечества. Именно в этом изначально состояла цель программы «Копилайф». Нам не нужны были сложные алгоритмы, повторяющие и просчитывающие действие пользователя, мы наделили наши цифровые клоны возможностью самостоятельно принимать решения, опираясь на знание характера своего создателя.
— Но проект воплотить в жизнь не удалось, — констатировал Алекс.
— Увы, не удалось, — подтвердил Главный архитектор, — нам просто не хватило памяти. В то время Эпсилион только начал развиваться, и количества задействованных серверов едва хватало, чтобы удержать сам город с его основными функциями, а привлечение новых клиентов постоянно увеличивало нагрузку. Одна цифровая копия требовала десятков тысяч терабайтов памяти, а если внедрять её в город, то необходимы ещё сотни тысяч терабайтов, обеспечивающих среду обитания цифрового клона.
— А сейчас хватает ресурсов? — вклинилась в разговор я.
— Да, при современных мощностях реализовать проект Лифмана вполне возможно, но это потребует больших финансовых затрат. После смерти основателя Эпсилиона и распада корпорации Виртуалреалити, отделившаяся от нас компания КоСекюрити закрыла все работы по «Копилайф», посчитав их неоправданно дорогими.
— А Системволд продолжила работать над проектом? — сообразил начальник безопасности.
— Видоизменив первоначальную цель, мы продолжили писать программу. Мы понимали, что содержать постоянных цифровых клонов невыгодно, и, преобразовав алгоритм таким образом, чтобы клон появлялся в Сети на короткое время, мы сократили объём необходимой рабочей памяти. Именно в таком виде «Копилайф» планировали продавать конечному потребителю.
— То есть был написан софт, позволяющий пользователю создавать свою цифровую копию, способную выполнять функции хозяина, допустим, пока он спит или отдыхает, — в отличие от меня, Липатов сразу же понял, какое практическое применение могло иметь такое приложение.
— Да, — подтвердил Главный архитектор, — и ты можешь догадаться, какие это сулило прибыли компании, если бы она выпустила данный продукт на рынок.
— Боюсь себе представить, — присвистнул Алекс. — Приложение непременно купили бы большинство пользователей Эпсилиона, ведь это позволит в несколько раз оптимизировать работу. При искажении времени в виртуальной реальности выход сотрудника даже на обед приводит к колоссальным убыткам предприятий.
Алекс был настолько поражён, что на минуту замолчал. На его лбу появились несвойственные ранее морщины, он о чём-то глубоко задумался. Вероятно, просчитывал возможности, которые давала «Копилайф». Я не выдержала столь долгой паузы и спросила сама:
— Но почему же программу так и не выпустили?
— В ней оказалась ошибка, которую нам не удалось исправить, — сообщил Сафронов.
— Какая именно? — насторожился Липатов.
— После нескольких копирований данных личности у пользователей начинались проблемы с психическим здоровьем, — нехотя признался Николай Николаевич.
— Проще говоря, они сходили с ума? — догадался Алекс.
Главный архитектор не стал отрицать неприятный факт и согласно кивнул.
— И эту ошибку никак не удалось обойти? — мне не верилось, что огромный штат работающих на компанию программистов не смог справиться с таким побочным эффектом.
— Попытки исправить исходный код софта привели лишь к тому, что при подключении к «Копилайф» данные пользователя полностью переносились в виртуальную реальность в виде цифрового клона, не требовавшего базы хранения информации. Клон растворялся в Сети и пользовался всеми её ресурсами, не привязываясь к определённому серверу, но сам человек погибал.
— Какой ужас! — непроизвольно вырвалось у меня из груди.
— В итоге данные о программе «Копилайф» были засекречены, а работа полностью остановлена, — обнадёжил Сафронов.
В это время Алекс задумчиво стучал костяшками пальцев по подлокотнику дивана. Наконец он произнёс, покачав головой:
— Что-то здесь не сходится.
— Что именно? — уточнил Николай Николаевич.
— Если данное приложение непригодно к использованию ни в первом, ни во втором случае, то как объяснить столь живой интерес к нему Макса и агентов ГОКБ?
— Агенты ГОКБ? — переспросил Сафронов. — Получается, информация уже просочилась за пределы фирмы. Это полностью меняет дело, нужно действовать незамедлительно.
Главный архитектор потянулся за смартфоном, собираясь кому-то звонить, но Алекс, молниеносно вскочив с дивана, перехватил его руку.
— Николай Николаевич, не торопитесь, — властно приказал он. — Давайте Вы сначала обо всём расскажите мне, а потом мы вместе решим, как действовать в сложившейся ситуации.
— Ладно, — после продолжительного колебания согласился Сафронов, вернув телефон на место. — Только я прошу вас, ребята, чтобы полученные вами сведения не предавались огласке.
— Разумеется, — заверил его Липатов. Я молча кивнула, в знак согласия.
