Жизнь Олега Кобзаря, полицейского в отставке и ветерана АТО, сложно было назвать легкой. Днем — работа таксистом, вечером — лечение душевных ран алкоголем в пустой квартире. Казалось, хуже некуда. А потом эта встреча в баре с девушкой по имени Мэри. Она просила о помощи… На следующее утро Олег проснулся рядом с безжизненным окровавленным телом Мэри. Оказывается, хуже все-таки есть куда. Теперь Кобзарь — подозреваемый в убийстве. И не в одном, а в целой серии. Вот только он не убивал! Но у Кобзаря нет ни алиби, ни свидетелей — ничего. Следователь Вера Холод — единственная, кто готов пройти вместе с Олегом путь к полному оправданию.
«То, для чего тебя можно использовать».
Так говорил его дед. Все, что тебе нужно, — это то, для чего тебя можно использовать.
Он ждал возле дома.
Место для засады не идеальное. Трудно оставаться незамеченным, когда машина торчит во дворе, прямо напротив детской площадки. Там, как в годы его юности и юности родителей, по неизвестно кем заложенной традиции собирались под вечер люди. Например, парочки — целоваться. Или небольшие компании с пивом либо чем-то более крепким. Вот и сейчас в сумерках на лавке рядом с низенькой пластмассовой горкой, которые ставят во дворах новостроек, сбилась в кучку троица.
Не мужики.
Даже с поднятым стеклом слышались громкие женские голоса. Он мог определить возраст на слух. Только по отрывкам разговора, которые долетали до него, вычислил: собрались подруги, плюс-минус ровесницы его бывшей жены. Женщины до сорока лет. Кто б еще, называя приятельниц
Компания была по макушку занята собой.
Но для полиции это
В свое время, грызя комковатый сыщицкий хлеб, он сам в первую очередь искал таких людей, когда опергруппа выезжала на очередной
Тем не менее расслабляться он не советовал бы никому и никогда.
Себе — прежде всего.
Потому что оперативники вместе с участковым
Подобные компании — всегда находка для розыска.
Да, в мартовских сумерках его вряд ли кто-то разглядит, чтобы потом узнать.
Однако коллективный разум, которым является любой розыск, непременно сложит разрозненные детали в целостную картину. Рано или поздно полиция возьмет след. Профессиональный уровень тут ни при чем.
Сработает Система.
Она только кажется громоздкой и на вид неповоротливой,
Еще во времена службы в органах он успел убедиться: самые лучшие преступления планируют только милиционеры. От того, что их уже почти полгода как переименовали в полицейских, ничего не меняется. Возможно, Система пополнилась. Но не очистилась.
Этим вечером он собирался внести в процесс очищения посильный вклад.
Тот, кого он подстерегал, задерживался. Хотя его распорядок дня не был таким уж насыщенным. С утра на службе, потом отправлялся куда-то на обед, мог задержаться для частной беседы с солидного вида мужчинами в дорогих костюмах. Возвращался и не выходил из управления раньше семи вечера. Дальше катался по центру, заворачивая теперь уже в небольшие дорогие рестораны. Посторонние там бросались в глаза сразу, так что всякий раз приходилось оставаться в машине и ждать, пока
Дома
Сегодня он проводил своего подопечного до маленького клуба на Подоле, оставил там и покатил сюда, под дом. Все равно приедет, он не из тех, кто меняет привычки.
22.30.
Коснулся бейсбольной биты, которая лежала рядом на пассажирском кресле.
Женщины, похоже, не собирались расходиться. Или их тоже никто не ждал дома, или, скорее всего, подруги давно не виделись, не делились наболевшим. Годы оперативной работы научили его читать незнакомцев по манере общения, интонациям, даже употребляемым ударениям. Так что он мог поспорить: все три работают где-то здесь, рядом.
