Не безусловная любовь полностью

… Утро, такое светлое, волшебное утро! Мы сегодня едем к бабушке и дедушке.

И вот, через несколько часов, звонок в дверь и я радостная, обнимаю горячо любимых родных. Все улыбаются, обнимаются и я среди этого счастья такая маленькая четырехлетняя девочка. Наивная, добрая, любящая каждую букашку и травинку. Еще непонимающая этого жестокого, но столь прекрасного мира.

Родители привезли меня и тут же уехали. Работа, командировки, а я у бабушки с дедушкой. Мое советское детство, 1987 год.

Бабушка от счастья и радости, бежит скорее накрывать торжественный стол, расположив его посреди большого зала. Ведь для нее такой праздник, любимая внучка приехала. Самовар во главе этого торжества. Вкусные, хрустящие бублики, как модные бусы изысканно украсили толстую шею, дымящегося чайного аппарата.

Блюдца, чашки, тарелки, белые салфетки… Супница, корзинка с хлебом. Глубокие тарелки с вкусным, наваристым борщом. Густая, советская сметана. Сервелат, селедка, зеленый лук и гуляш с картофельным пюре.

Бабушка ждала и основательно готовилась, чтобы побаловать любимую и единственную внучку.

Обед проходил в мирной обстановке и ничего не предвещало беды или каких-то происшествий.

Я вполне счастливая уплетала свой борщ, поглядывая на аппетитно припаркованную рядом со мной пиалу с малиновым вареньем. Ведь в награду его сулили взамен за съеденный суп.

И тут неожиданно и для меня самой и для бабушки, вдруг прилетает ложка мне прямо в лоб. Немного контужена этим происходящим и ничего не понимаю. Больно, обидно, а главное за что?

Бабушкин вопрос в сторону деда:

– Чего ты ее?

Взамен получила ответ:

– Не лезь!

После молчания и недоумения меня и бабушки все принялись дальше доедать суп. И тут снова, как гром среди ясного дня дедушкин голос:

– Ты почему не ешь хлеб? Ты чего одну воду по тарелке гоняешь? Ну-ка быстро взяла хлеб и ешь как следует.

– Я не хочу хлеб! – ответила еле шевеля губами от страха.

– Кому сказал взять хлеб, ешь и больше кусай! – закричал дедушка.

От страха сжалась, такое отношение было впервые и обычно он никогда не кричал на меня и не ругал. Маленькое тело, испуганной девочки скукожилось и потекли слезы градом. Навзрыд, всхлипывая ела, сглатывая эти слезы.

Опустошила тарелку, съела три кусочка, хотя обычно дома мне хватало одного. Не любила хлеб тем более так много.

Конечно, на любимое малиновое варенье уже не осталось места, живот был полный, что даже двигаться стало невозможно.

Меня строгим голосом отправили в ванную умыться, вытереть слезы и сопли. А потом стать послушной и хорошей девочкой, которая не разводит нюни и не хлюпает.

Бабушка после нашей "веселой" трапезы убрала со стола явно с печальным и грустным лицом. По всей вероятности он и ей своим поведением испортил настроение, а пожалеть она меня не могла тоже из страха попасть под его горячую руку.

Остаток дня прошел относительно спокойно. Дед уснул начитавшись своей любимой книги "Щит и меч". А я тихо, боясь разбудить его, играла в куклы.

Мне маленькому ребенку стало непонятно его поведение. Ведь раньше приезжала и меня любили такой какая есть. Не заставляли есть хлеб и никогда не ругали.

Новая реальность меня тогда выбила из детской колеи.

После сна дедушка себя вел как ни в чем не бывало, играл со мной. Обнимал, целовал. Хвалил, что съела целую тарелку супа и сказал всегда так делать.

Детским мозгом поняла, что чтобы дед любил я должна стать хорошей и послушной…

…На следующее утро

Моя любимая бабушка ушла на работу. А я осталась вдвоем с дедом. Внутренне мне было как-то беспокойно от того, что он очень сильно поменял отношение ко мне. И в свете предыдущего дня казалось, что он больше меня не любит.

А он любил только своей любовью и своим представлением, как надо воспитывать детей. Его самого также воспитали и другого он просто не знал. А любить он очень любил…

Вдруг раздался телефонный звонок, дедушка поторопился ответить:

– Алло, слушаю! Кто говорит? А Пал Степаныч! Да я с внучкой вожусь. В гости приехала, а бабка на работе. А большой объем? Рейка есть? Ну хорошо, возьму с собой раз заказ срочный. Оплата сразу? Ну ладно, бывай!

Мы быстренько собрались, на улице разгар лета, стояла хорошая, солнечная погода. Я в ярком, голубом платье в белый горох! Белая панамка, чтобы голову не напекло. Иду довольная и счастливая, радуясь цветочкам и бабочкам вокруг. Тогда еще не знала, что ждет меня впереди.

А впереди был большой дом недавно построенный и полным ходом в нем шла внутренняя отделка.

Мы зашли во внутрь. Дед поздоровался с дяденьками, которых я впервые видела. А меня отправили погулять по дому. Пол был свежеуложенный, стены еще бревенчатые, окна стояли в каждой комнате. И пустота везде, бегай где, хочешь.

Пока взрослые занимались ремонтом и измерением стен, мне стало очень скучно. Что делать маленькой четырехлетней девочке в пустом доме. Ни игрушек, ни кукол, ни друзей.

Гуляя так из комнаты в комнату зашла на кухню. Понять, что это кухня труда не составило. Там находился кран с водой и мойка для посуды.