Через пятнадцать минут терпение ее иссякло, и, отчаянно жестикулируя, Линдсей предложила присмотреть за закусками. Поставщики будут рады, если Мария хоть ненадолго перестанет глядеть на них волком, а та будет думать, что с ней советуются. Через двадцать минут все наладилось, и Линдсей почувствовала невероятную гордость за себя оттого, что справилась с задачей. Улыбаясь, она направилась в холл, но остановилась, увидев Антониоса с лицом, искаженным от злобы.
– Все в порядке?
Муж бросил взгляд на нее, и лицо его вновь стало спокойным – ей показалось, что он усилием воли заставил себя не думать о проблемах.
– Прекрасно. Как там дела на кухне? Ксанте сделала мне строгий выговор.
– Там все отлично. Я только разговаривала с Марией.
– Неужели? – удивленно спросил муж.
Линдсей победно улыбнулась:
– Я не знала, что она не говорит по-английски, но мы справились.
– Очень приятно это слышать.
– Пойдем назад к себе? – спросила Линдсей, и Антониос кивнул.
Сейчас явственно было очевидно, что он напряжен, и она протянула руки к его лицу.
– Ты уверен, что все в порядке? – тихо переспросила она.
Антониос на миг закрыл глаза, будто желая получить силу от ее ласкового прикосновения.
– Все отлично, – произнес он, но Линдсей не поверила ему.
Следуя за мужем к выходу, она задавалась вопросом, сможет ли Антониос быть с ней таким же честным, как и она?
Антониос стоял в гостиной у стены и наблюдал за людьми: гости разговаривали друг с другом, официанты разносили закуски. Его мать сидела в центре комнаты, и вид у нее был усталый, но счастливый. Сегодня ее окружали родные, любимые, друзья и соседи, приглашенные на ее именины.
В противоположном углу комнаты стояла Линдсей, такая бледная и очаровательная, и беседовала с гостем, чарующе улыбаясь. Антониос внезапно понял, что она самая красивая и элегантная женщина из всех присутствующих.
Когда они собирались на прием, он предупредил жену, что не обязательно ей быть постоянно в центре внимания: если захочет, она может уйти. Но Линдсей не могла не привлекать к себе взгляды: она была его женой, и она была прекрасна. Конечно, люди хотели с ней познакомиться и поговорить, а у Антониоса тоже были свои обязанности как у хозяина, и он не мог постоянно находиться рядом, как бы ему этого ни хотелось.
Однако, улыбнулся он про себя, Линдсей вовсе не нуждалась сейчас в его защите. Она была средоточием внимания, непринужденно болтала с гостями, улыбалась и смеялась. Гордость и любовь затопили его. Она была именно такой женой, о которой он мечтал, – его соратницей.
Внезапно Антониос сощурился, увидев брата, подходящего к Линдсей. Он так и не согласился представить Лео доступ к финансовой информации. Однако мысль о возможности рассказать брату правду и поделиться своим секретом, не давала ему покоя. Но этого делать было нельзя, ведь секрет не его, и он обещал, что никому не скажет. Если он не сдержит своей клятвы, что он за мужчина?
Наблюдая за братом, Антониос подумал, что тот уж слишком настойчиво ее о чем-то выспрашивает. Гнев и раздражение вполне могли затмить Лео рассудок. Линдсей нахмурилась, и Антониос тут же ощутил, как в нем ожил защитный инстинкт. Не хватало только, чтобы этот дурачок начал изливать на нее свои горести. Упрямо сжав губы, он устремился к брату.
Линдсей старалась говорить с Лео дружелюбно и приветливо, но чем дальше – тем сложнее было не замечать нарастающее раздражение в голосе ее собеседника.
«Ты счастлива, вернувшись сюда?», «Наверное, голова кругом идет от романтики?», «У вас с Антониосом, я полагаю, есть все, что пожелаете?».
Вопросы эти были странными, и Линдсей не могла понять, почувствовал ли Лео, что у них с его братом не все гладко или просто завидует старшему, его везению и положению в компании? Ясно было лишь одно: он отчего-то зол на Антониоса.
– Все в порядке? – спросил муж, подходя к ним.
Тон его был непринужденным, но во взгляде сквозила настороженность.
– Все отлично, – бросил Леонидас. – Хочу лучше узнать свою невестку и понять, что она в тебе нашла.
– Я и сам задаюсь этим вопросом каждый день, – ответил Антониос не улыбаясь. – Линдсей, с тобой кое-кто хочет познакомиться. Семья Этрайкс. У них здесь свое небольшое дело. Пойдем?
Он протянул ей руку, бросив взгляд на Лео, и она приняла ее.
– Что происходит между тобой и Леонидасом? – спросила Линдсей, когда они оказались наедине в библиотеке.
– Что ты имеешь в виду?
– Вы явно не ладите, – открыто сказала Линдсей. – Но при этом работаете вместе.
Муж нетерпеливо пожал плечами:
– Просто небольшое противостояние между братьями.
– И что же заставило вас оказаться по разные стороны баррикад?
Он снова пожал плечами и ничего не ответил, расстроив Линдсей.
– Антониос, неужели ты не можешь мне рассказать? Тебе ведь не нравилось, когда я умалчивала о своих секретах, а теперь ты…
– Это просто бизнес, – оборвал он ее. – Все разрешится.
– Что за бизнес?
– Тебе не следует беспокоиться. Ты держишься потрясающе, Линдсей. – Антониос сменил тему, целуя ее в лоб. – Ты самая прекрасная из всех присутствующих, самая элегантная, и я горжусь тобой.
