Они добрались до большой дороги. Грасиела повернула своего пони направо, и тут Дженни догадалась.
— Погоди-ка минутку. Остановись, малышка. — Она бросила взгляд на покрасневшее лицо Грасиелы. — Ты вообразила, что мы вот так прямо и поедем без приглашения в дом Антонио Барранкаса?
— Он мой дедушка.
— Да, но он не приезжал еще к тебе засвидетельствовать этот факт, не правда ли?
Грасиела тряхнула головой.
— Может, он не знает, что я здесь.
— Спустя три недели? Если даже я уже слышала о новом племенном быке дона Антонио, то можешь заключить пари на собственную попку, что он слышал о тебе. Здесь новости путешествуют быстро.
Грасиела изобразила взгляд школьной учительницы.
— Я хочу встретиться со своим дедушкой Барранкасом. Я знаю дорогу к его ранчо, Джейк мне объяснил. Но я боюсь ехать одна.
Дженни подумала. Она понимала, что Роберт и Эллен будут недовольны, но… почему бы и нет? Может, и настало время дону Антонио встретиться со своей внучкой. К тому же такая упрямица, как Грасиела, все равно рано или поздно отправится туда, невзирая ни на какие запреты. Лучше, если рядом с ней будет защитник. Дженни неохотно тронула своего коня вслед пони Грасиелы.
— Ладно, только это против моего желания. И если дон Антонио велит выгнать нас пинком под зад, не говори, что я тебя не предостерегала.
День был теплый, и легкий ветерок приносил с собой запах далекого моря и аромат цветов, растущих совсем близко. В такие ясные весенние дни сердце словно поет, сливаясь с природой.
— Дженни, ты меня все еще любишь?
— Что? — Дженни резко повернула голову и уставилась на Грасиелу. — Разумеется, люблю. К чему задавать такие глупые вопросы?
— Ты себя ведешь очень странно, с тех пор как мы приехали сюда. Сначала я подумала, что ты тоскуешь о дяде Тае. Но потом я подумала…
Что ж, это самое подходящее время, лучше не будет. Все, что ей следует сделать, — это объявить о своем скором отъезде.
— Послушай-ка, детка, — заговорила Дженни, глядя прямо перед собой и чувствуя невероятную тяжесть на сердце. — У тебя теперь есть семья. Тебе не нужна…
Но ей не удалось закончить речь, которую она составляла и бесконечно повторяла каждую ночь. Двое мужчин выехали из кустов при дороге и велели им с Грасиелой остановиться.
— Вы находитесь в частном владении, — произнес один из мужчин по-английски с сильным акцентом. — Это земля Барранкаса. Поворачивайте назад.
— Мы приехали навестить дона Антонио Барранкаса, — холодным тоном заявила Дженни; она кивнула второму мужчине и перешла на испанский: — Пожалуйста, сообщите дону Антонио, что его внучка желает выразить ему свое почтение.
Мужчины уставились на Грасиелу, потом, спохватившись, повернули коней и поскакали галопом по дороге.
Дженни отмахивалась от пыли, которая садилась ей на шляпу и на плечи.
— Ну, через несколько минут мы узнаем, желанные ли мы гости.
— Мама говорила, что дедушка Антонио очень строгий, — возбужденно сообщила Грасиела. — Мне кажется, он не любит маленьких девочек.
— Значит, ты очень храбро поступила, отправившись сюда.
Если ранчо Сандерсов само говорило о его процветании, то имение Барранкаса просто кричало о богатстве. У Дженни дух захватило, когда она сквозь строи кедров разглядела крытую черепицей асиенду. сли бы она не знала, что это частное владение, то решила бы, что перед ней правительственное здание. Флигеля и надворные постройки были по крайней мере в два раза выше, чем на ранчо Сандерсов, и Дженни даже представить не могла, что в одном месте может находиться столько загонов.
Бессознательным движением расправив юбку, она смотрела на асиенду, испытывая сожаление, что не оделась получше и не надела более нарядную шляпу.
— Думаю, детка, что твоя мысль была не слишком удачной, — заметила она.
— Прекрати называть меня деткой, — прошипела Грасиела.
— Хорошо хоть, что они не вышвырнули нас отсюда сразу.
Мужчина, женщина и мальчик ждали их у ворот. Мужчина молча помог им спешиться, а мальчик увел в поводу кобылу и пони.
Женщина, увидев Грасиелу, ахнула и прикрыла рот рукой. Бросив беспокойный взгляд на Дженни, она снова повернулась к Грасиеле.
— Сюда, пожалуйста, — пригласила она и ввела обеих в дом.
Все здесь было массивно. Огромные балки поддерживали потолок. Широкая лестница вела на затененный второй этаж. На полу расстелены ковры, красивые, как гобелены, мебель тяжелая и блестящая.
Грасиела старалась держаться поближе к Дженни и крепко сжимала ее руку, пока они шли за женщиной через огромный холл, потом по выложенному плиткой коридору и в конце концов оказались в прохладной и красивой комнате со стенами, выкрашенными в кремовый цвет, и мебелью со светлой обивкой.
— Кофе, сеньорита? — промурлыкала по-испански женщина, не сводя с Грасиелы глаз. — Или что-нибудь прохладительное?
— Благодарю вас, не надо, — тоже по-испански ответила Дженни, неотрывно глядя на два портрета над камином.