- Не бойся меня, - голос Шерлока прозвучал так близко, что Джон вздрогнул от неожиданности. Слишком быстро и бесшумно передвигались эти умные твари, напоминая ему опасных хищников, которые, осторожно подбираясь к своей добыче, мгновенно разрывали горло своими острыми клыками. По телу Джона пробежала жаркая волна, концентрируясь в груди и направляя мысли в совершенно ином направлении. Все инстинкты просто кричали - опасность!
Ему нужно сконцентрироваться, убрать все лишнее, постараться осуществить то, что он задумал, когда шел сюда. Но Шерлок, легко просчитывая действия Джона, последовал за ним, проверяя, контролируя каждый шаг своего будущего личного донора.
Джон понимал, что должно быть чем-то выдал свои намерения, а теперь ему оставалось только успокоиться и действовать по ситуации. Без оружия, против молодого и сильного вампира у уставшего после ночной смены доктора не было ни шанса на победу.
Поэтому Джон, осознавая, что именно сейчас действовать было бы просто глупо, решил дождаться подходящего момента для побега. Он совершенно бесстрашно встретился взглядом с Шерлоком, стараясь доказать, что совсем не боится ни его внушения, ни его силы.
Именно эта независимость и непокорность во взгляде синих глаз стоящего перед ним Джона и заставила вампира еще больше обрадоваться такой великолепной находке.
Этот странный человек, казавшийся на первый взгляд совершенно обычным поверхностным идиотом, на деле оказался очень занимательным представителем своего рода. Бойцом, побывавшим на страшной войне и раненным, но не сломленным. Загнанным в угол обстоятельствами, но все еще сопротивляющимся, даже его вампирскому дару. Странный запах Джона рождал в Шерлоке позабытые собственнические инстинкты. Он уже давно пил только «пакетированную кровь», как пренебрежительно называл ее Майкрофт, и не пользовался услугами доноров, считая, что люди хотят просто подсесть на кайф от укусов. Но больше всего Шерлоку не хотелось привязываться к кому-либо, волноваться из-за непонятных чувств, растрачивая драгоценную энергию. Он не желал доверять секреты своего древнего рода «безмозглым кускам мяса», считая их слишком примитивными, чтобы вообще понять всю глубину бессмертной вампирской магии.
Привязанность к человеку была бы непозволительной слабостью для неординарного, живущего яркой, полной опасностей жизни вампира. И вот теперь он, не отрываясь, смотрел на Джона, который вдруг вызвал в его голове маленькое замыкание, лишив на несколько драгоценных минут гениальный разум всех связных мыслей.
Джон. Джон. Джон. Ему нужен этот странный доктор Джон Уотсон, который так занятно сопротивлялся его вампирскому обаянию. Его хотелось не просто укусить и попробовать на вкус, а влезть под кожу, добраться по венам до сердца и разорвать на кусочки, бережно сохраняя их в маленьких золотых сосудах. Шерлок любовался бы душой Джона целую вечность, погружал каждую частичку в самое дорогое коллекционное вино, чтобы перемешать вкусы и осушить до самого дна, до оголенной плоти, до белой безвкусной кости, до…
- Я не боюсь, - Джон, гордо подняв голову, смело встретился взглядом с казавшимися ярко алыми от горевшего в них огня, глазами Шерлока. – Что вам от меня надо?
- Нет, боишься, - теперь вампир стоял так близко, что Джон даже сквозь одежду чувствовал холод, исходящий от его тела, - Твое сердце выдает тебя, – Шерлок быстро протянул руку и накрыл ледяной ладонью рубашку Джона именно в том месте, где в груди билось большое и жаркое человеческое сердце. Заставляя мужчину не только покраснеть от такого неожиданного вторжения в личное пространство, но и покрыться мурашками.
- Успокойся. Мне нужно просто отметить тебя, пока ты окончательно не решил, что действительно сможешь от меня сбежать, - голос вампира снова стал медово-приторным, а мысли Джона заполнили такие живые и яркие образы, что он просто задохнулся от немыслимого количества новых ощущений.
Шерлок смотрел, как в зеркале отражалась странная картина: красивый и очень яркий вампир, с глазами, горящими красными всполохами, бережно обнимал ничем не примечательного мужчину.
Они жили в разных мирах и совершенно не подходили друг другу, но Шерлок уже ощущал притягательный запах и сильный жар, исходящий от тела Джона, который стоял так близко, что можно было разглядеть бьющиеся под загорелой кожей голубоватые вены.
Вампир не хотел, чтобы связь, которую он собирался заключить с этим заинтересовавшим его человеком, началась вот так, в грязном туалете какой-то захолустной больницы. Ему просто было нужно отметить доктора своей меткой, чтобы тот даже не помышлял о побеге и не отвлекал строптивым характером от более важных дел.
«Я смогу вовремя остановиться», - говорил себе Шерлок, осторожно поднося руку Джона к своим губам и наблюдая в отражении, как в ужасе распахиваются и темнеют его синие глаза.
«Я справлюсь со своими инстинктами», - твердил он себе, скользя острым языком по теплой ладони. Один небольшой укус и Джон должен был расслабиться, ощутить его силу, подчиниться.
