Диалог Тысяча Двадцать Второй.
28 октября 1988 года. Москва,
Музей. Центральный зал. Левая
половина зала заставлена полками с
"Новым мышлением", правая - лесами
перестройки. Лысый агроном-юрист
раскладывает в порядке важности
завоевания первой апрельской
революции: мыло, стиральный
порошок, сахар и другие реликты. Из
кладовой выходит профессиональный
революционер со значком "153
квартала в партии". На нем шинель
Ф.Э.Дзержинского и шляпа
И.И.Бухарина
МИХАИЛ. Чего нос повесил, Егор Кузьмич? ЕГОР. Нинка письмо прислала. Обижается, что мало ее печатаем. МИХАИЛ. Какая Нинка? ЕГОР. Ну эта, Андреева. Я ведь ей тогда пообещал все передовицы в "Пионерской правде" для ее стихов зарезервировать. МИХАИЛ. Она что, и стихи пишет? ЕГОР. Только стихи и пишет, такая романтическая девушка. Она мне целый ямб посвятила. МИХАИЛ. Ну-ка, ну-ка. ЕГОР. (читает) "Беспринципных я не люблю,
Беспринципных всех удавлю.
Днем и ночью ору сгоряча,