ЧЕРНЕНКО. С ума сошел. Ты соображаешь, что говоришь? Поссорить нас хочешь? МИХАИЛ. Не с кем ссорить, Константин Устинович, не с кем. Нет больше товарища Андропова. ЧЕРНЕНКО. Чего-чего? ГРИШИН (шепчет). Юрий Владимирович застрелился. ЧЕРНЕНКО. Что ты сказал? Сейчас же повтори! МИХАИЛ. Ушел из жизни верный ученик товарища Черненко, крупный специалист по упорядочению быта и досуга советских масс. ГРИШИН. (шепчет) Врет, никуда он не ушел. Застрелился, подлец. Два часа назад. ЧЕРНЕНКО. Кто сказал? ГРИШИН. Галина Леонидовна. ЧЕРНЕНКО. А она откуда знает? ГРИШИН. Говорит, что сама видела. ЧЕРНЕНКО. Как сама? ГРИШИН. Она у него в это время на приеме была. ЧЕРНЕНКО. На каком приеме? Я же говорил ей: со всеми просьбами ко мне! ГРИШИН. Она не с просьбой была. По делу: письмо из Омска привезла. ЧЕРНЕНКО. Какое письмо? ГРИШИН. От партийной организации ЖЭКа имени Карла Маркса и Леона Брежнева. ЧЕРНЕНКО. Чертовщина какая-то. При чем тут Галина? ГРИШИН. Она курирует все жэковские и цирковые парторганизации. ЧЕРНЕНКО. Она же беспартийная. ГРИШИН. На общественных началах. ЧЕРНЕНКО. Ну и что, дальше? ГРИШИН. А дальше: он прочел письмо и застрелился. Прямо при Галине Леонидовне. ЧЕРНЕНКО. А что в письме-то было? ГРИШИН. Омские коммунисты написали письмо Генеральному, что никак не могут найти человека, который взял бы на себя выполнение решений пятого съезда РСДРП. ЧЕРНЕНКО. Так и написали? ГРИШИН. Так и написали. ЧЕРНЕНКО. Не может быть! ГРИШИН. Может, сам видел. ЧЕРНЕНКО. И застрелился, говоришь? ГРИЩИН. Да, Галина Леонидовна пыталась его своей грудью прикрыть не успела. ЧЕРНЕНКО. Неужели грудью? ГРИШИН. Сразу двумя навалилкась, еле оттащил. ЧЕРНЕНКО. Так ты что, тоже там был? ГРИШИН. Да с письмом от пограничников Сенегала. ЧЕРНЕНКО. Удивительный ты человек, Виктор, всюду поспеваешь! ГРИШИН. У вас учусь, Константин Устиныч. МИХАИЛ. Да здравствует верный продолжатель длел и задумок Ильича! Ура! ЧЕРНЕНКО. Ты что мои плавки натянул? МИХАИЛ. Так вы же отказались. ЧЕРНЕНКО. Давай взад, я передумал. Значит, Горыныч, говоришь.Молодец-не в бровь, а в глаз ГРИШИН. И Галстук, молодой человек, тоже снимите. Рано нас в старики записывать. Думаете, я не знаю, что там дальше за буковкой "и". ЧЕРНЕНКО. Не ссорьтесь. Не ссорьтесь. Такой день, а вы ссоритесь. А тебе, Михаил без галстука даже лучже. Ты в нем на Винни-Пуха похож. Так что? Опять Пленум собирать будем? ГРИШИН. Зачем? ЧЕРНЕНКО. Ну как же, надо же решить, кто дальше державой секретарить будет. МИХАИЛ. Так и так ясно, зачем собирать? ЧЕРНЕНКО. Что тебе ясно, Винни-Пух? МИХАИЛ. Да здравствует основоположник... ЧЕРНЕНКО. Не шуми. Выражайся конкретнее. МИХАИЛ. Я за конкретику не отвечаю. ЧЕРНЕНКО. А за что ты отвечаешь? МИХАИЛ. За продовольственную программу. ЧЕРНЕНКО. За продовольствие значит. МИХАИЛ. Не за продовольствие,а за продовольственную программу. Обеспечиваю комплексность и поступательность грядущего изобилия. ЧЕРНЕНКО. Виктор, это ты мне вчера докладывал, что в стране жрать нечего? ГРИШИН. Я! ЧЕРНЕНКО. А откуда у тебя эти сведения? ГРИШИН. Информация получена от нашего резидента в Монако. Ему удалось проникнуть на заседание ихнего казино, где обсуждался вопрос об оказании помощи голодающим Нечерноземья. ЧЕРНЕНКО. Так это же вмешательство в наши внутренние дела. ГРИШИН. Мы уже отреагировали: послали телеграмму протеста и двенадцать вагонов черной икры. ЧЕРНЕНКО. А икру зачем? ГРИШИН.Чтобы подавились от нашего изобилия. ЧЕРНЕНКО. А может лучше было эту икру отдать товарищам из Нечерноземья? ГРИШИН. Не берут. У товарищей она и так есть, а остальные ее не любят. МИХАИЛ. Они потому и Нечерноземьем называются, Константин Устиныч, что ничего черного не любят. ЧЕРНЕНКО. Ну, так что будем делать? Кого Генсеком назначим? ГРИШИН. Константин Устинович, вы же обещали! ЧЕРНЕНКО. Я передумал. Вы тут без моего ведома икру вагонами вывозите,а я за вас отвечать буду. В такой стране я управлять не хочу. ГРИШИН. И не надо, Константин Устинович, неуправляемой державе нужен не управляющий, а ласковый, все понимающий руководитель. ЧЕРНЕНКО. Ты так думаешь? ГРИШИН. Уверен. И не только я, все так думают. МИХАИЛ. Нет, не все! ДРУЗЬЯ И РОДСТВЕННИКИ. Что? МИХАИЛ. Я думаю, что Родине нужен не управляющий, а Константин Устинович Черненко - великий наставник зрелой молодежи. ГРИШИН. Фу ты, ну ты. Ну, конечно, же великий. О чем речь. ЧЕРНЕНКО. Ну что ж, воля партии для меня закон. Но чтобы потом никаких претензийй. Поклянитесь, что... ХОР. Клянемся! Клянемся!
Диалог Тысяча Пятый
24 июня 1984 года.12 часов 05 минут.
Москва.Кремль.Реанимационная.На
барокамере плакат"Все на выборы".
Члены коллективного руководства
свободными от бюллетней руками об
меряют пациента.Входит лысый сани
тар.В руках у него коса,на голо
ве-урна для тайного голосования.
