— Увы! — выдохнула Алиса. У нее щеки в темноте горели от стыда. Как будто это она изменщица, а вовсе не Герман, притащила любовника в бар, а муж взял да спалил.
— Ребят, мы сами разберемся, ладно? — умоляюще обернулась к ним Алиса, Герман тут же снова обнял жену и примиряюще кивнул.
— Да, все топчик, сейчас друга проводим и вернемся.
Как же Алисе хотелось сбросить с себя руку Германа, оттолкнуть его, а еще стереть с его губ этот поцелуй. Но еще страшнее было устроить публичный скандал. Да лучше провалиться сквозь землю.
“Никогда, никогда больше не позволю ему себя целовать”! — мысленно клялась себе Алиса.
— Ладно…,— Сабуров не сводил взгляда с руки Литвинова, лежащей на плече Алисы. — Уверена, что я могу тебя с ним оставить?
Взгляд Игната прожигал. Он был совсем не дружеский, а по-настоящему властный, мужской. Требовательный. Так Сабуров на нее еще не смотрел. Наверное, в этот момент Алиса поняла, что ее отношения со славным добрым Игнатом больше не будут такими как раньше. И ей еще предстоит это принять.
— Да, не волнуйся, — совершенно искренне ответила Алиса. — Все в порядке, неприятно, конечно… но Герман ничего плохого мне не сделает.
И не удержалась, как и тогда, когда намекнула на Яну, добавила:
— Все плохое, что он мог, уже сделал. Теперь у меня иммунитет. Спасибо, что пришел и… прости меня.
— Увидимся! — Сабуров добродушно подмигнул Алисе. Ей оставалось только гадать, что сейчас творится в душе Игната. Захотелось пойти за ним и все-все ему объяснить. И послать Германа куда подальше. Но пока рядом были люди, Алиса не могла позволить себе скандал. А Герман бы точно устроил потасовку, выбери она Игната.
В зале уже вовсю надрывались под “Рюмку водки на столе”, на Литвиновых уже мало кто обращал внимание, Вася и тот горланил от души. Нина стояла у самой сцены и тоже активно подпевала.
— Я домой! — Алиса вывернулась из объятий мужа. А тот и не сильно упорствовал.
Конечно, больше ведь не перед кем красоваться. Ублюдок! Красивый, лицемерный ублюдок! Сегодня он снова ей манипулировал, жестоко и безжалостно. Никогда Алиса не простит ему этот поцелуй. А он никогда ее не полюбит. И с чего она решила, что Литвинов хоть каплю изменился, раз больше не гнобит ее. А вот это сейчас что было?!
— Подожди! — Герман нагнал Алису уже почти у выхода. — Я отвезу тебя домой.
— Пошел ты к черту, Литвинов! — Устало сказала она, забирая из гардероба свое пальто. — Игната здесь больше нет. Тебе не нужно притворяться! И лезть со своими поцелуями.
Герман дернул подбородком, его глаза опасно сощурились, но Алисе уже было все равно.
— Ты никуда не пойдешь одна. Ночь уже!
Он шагнул к ней, не давая пройти к выходу. Но в этот момент открылась дверь бара и вместе с морозным воздухом внутрь ворвалась… раскрасневшаяся Яна Ольховская.
Герман инстинктивно отпрянул от Алисы и это движение решило все.
— Привет, Яна! — громко поздоровалась она с любовницей своего мужа. И сказала то, что не думала вообще когда-нибудь произнести. — Ты очень вовремя. Забери, пожалуйста, Германа! Он мне мешает!
Глава 39
Ольховская сориентировалась мгновенно, быстро стерев с лица удивление. Растянула пухлые губы в усмешке.
— Конечно, заберу! Он ведь и так мой. Да, милый?
Она бросилась к Литвинову, прижалась всем телом и демонстративно поцеловала Германа прямо в губы. Но он отклонил голову и продолжал неотрывно смотреть на Алису. По его мрачному лицу было ничего не понять. А Алиса и не хотела ничего понимать.
— Какая же удобная у тебя жена, Гера, — Яна обвила его руками и теперь победно глядела на Алису. — Но фейковая какая-то, настоящая бы дралась за своего мужика, никому бы его не отдала.
Алиса молча кивнула и отвернулась. Всю свою жизнь она слышала, что за семью и за любовь нужно бороться. Что своего никому нельзя отдавать. Об этом с детства говорила бабушка, потому что “если женщина предложит, мужчина никогда не откажется”, и умной жене надо самой предпринимать меры. О том, что жена должна бороться за своего мужа Алисе говорили и ее тетки, да и папа любил повторять, что женщина должна делать все, чтобы муж ее не бросил, не ушел к другой. Мама об этом помалкивала, но и не спорила.
Теперь уже любовница мужа ее жить учит. Алиса засмеялась. Громко, заливисто.
— Ну вот такая я жена. Бороться и предъявлять законные права не стану, — обернулась она напоследок к этой парочке. — Отлично смотритесь вместе.
И ушла.
— Алиса! — услышала она за спиной голос мужа, но только прибавила шаг.
На улице ярко светили фонари, машина была припаркована совсем рядом с баром, так что буквально через пару минут Алиса уже выезжала на дорогу. Позади остался испорченный вечер, а вместе с ним и Литвинов, провожавший взглядом ее машину. Алиса увидела вышедшего из бара мужа, но возвращаться не собиралась. Пошел он! К Ольховской!
