Когда бард на пару секунд примолк, чтобы под переборы серебряных струн глотнуть допинга из предложенного слугой кубка, по женской части приглашенных пробежала нервная волна.
— Как это грустно!..
— Как это печально!..
— Какая ужасная история!..
— Какая великая любовь!..
— Тс-с-с, тихо, я знаю, это еще не всё!
— Как — не всё?!..
— А разве?..
— Всё не так, как вы думаете!
— А как мы думаем?
— А мы думаем?..
И тут миннезингер крякнул, ударил по струнам с удвоенным пылом, прямо пропорциональным градусности предложенного напитка, и скорбно продолжил:
