Сам процесс прошел практически безболезненно. Я почувствовал покалывание в ногах, которое быстро распространилось по всему телу и меня не стало. Очнулся я точно так же, как будто проснулся после кратковременной дремы в том же положении, в каком я и был. Александр Петрович вручил мне дискету с пожеланием хранить ее в самом недоступном месте, как Кащей Бессмертный хранил свое яйцо с иглой, на конце которой была его смерть.
Проверив текущую дату и сравнив ее с моими записями, я установил, что отсутствовал тридцать два дня. А ощущение, что прошло всего лишь несколько секунд. Молодец, Александр Петрович, больше у меня нет желания экспериментировать со своей жизнью.
В Интернете я нашел сайт с поздравлениями. Пришлось, правда, покопаться с его системой защиты и паролями, но один элемент поздравительных телеграмм сайтом направляется по указанному электронному адресу в последний день последнего месяца квартала, если некий зарегистрированный абонент не войдет в ресурс.
Так как изменения на сайте были микроскопические, то вряд ли кто найдет мою булавочку, которую я воткнул рядом с другими булавками, на которых висят поздравительные открытки.
В моей маленькой квартирке нет никого. Но стоит компьютер и радиоприемник «Браун» с беспроводным соединением. Моя маленькая программка стоит и ждет, когда придет электронное сообщение с определенного адреса и запустит программу. Если в мою квартиру никто не заселится, пока меня не будет, то я возникну из ничего у себя дома, если кто-то постарается убрать меня.
Я буду помнить только, что было до того времени, когда я подвергся ликвидации в сжигателе мусора. Придется все, что происходит, ежедневно записывать и отправлять по электронной почте в банк данных на каком-нибудь сервере. Так что я всегда смогу отомстить тому, кто посмеет поднять на меня руку.
У меня есть устойчивое предчувствие того, что жизнь наша окажется короткой и придется все взрывать и спасаться бегством. Честно говоря, я сейчас уже жалею, что начал влезать в тонкости машины по сжиганию мусора. Сидел бы себе в чистой операторской комнате. Нажимал бы кнопки и ездил с работы и на работу на своей старенькой «Яве». За все приходится платить. Чем больше деньги, тем дороже приходится платить.
В дверях появился Александр Петрович:
— Готовь аппаратуру, скоро приедет человек, который нас озолотит.
Вздохнув, я сделал еще один шаг к пропасти. Наше инкогнито закончилось, и часы начали обратный отсчет.
После того, как господин Зингер запатентовал свою швейную машинку, все последующие швейные машинки стали как бы подражанием изобретению Зингера, хотя от Зингера там практически ничего и не осталось. Так и с моим рассказом, как его ни крути, а все равно будут говорить, что это навеяно бессмертной идеей Михаила Булгакова, написавшего в свое время «Собачье сердце».
Можете мне верить, можете не верить, но мне пришлось быть свидетелем всех описываемых событий, даже тех, которые являются интимными, поэтому я буду писать все так, как оно происходило.
Каких-то документальных данных того, что произошло, нет и быть не может. Даже милицейские протоколы не прольют свет на цепь невероятных событий, которые произошли в самом центре Сибири.
Город наш маленький, всего лишь один миллион двести тысяч жителей, но там все знают друг друга и поэтому размеры города уменьшаются на расстояние, которое пройдешь, пока не встретишь незнакомого для себя человека.
Когда-то это был центр Степного края, являвшийся экономическим и культурным центром киргиз-кайсацкийх степей и Сибирского царства во время великого переселения народов из Европы далее на Восток.
В начале прошлого века город наш стал столицей России и руководился славным адмиралом, делавшим полярные открытия и боровшимся с за единство России в гражданской войне с большевиками.
Еще позже, другой князек из захвативших власть гегемонов решил, что суета прогресса не к лицу старинному и тихому городу. И весь прогресс широкой рекой пролился мимо нашего города, заставив по любому поводу ездить на поклон на небольшую железнодорожную станцию, на которую перевели управление сибирской железной дороги, построили академический городок и метро.
Даже при таком раскладе финансовых козырей в нашем городе остался классический университет, институт инженеров железнодорожного транспорта, медицинский, педагогический, политехнический и сельскохозяйственный институты, которые затем помпезно переименовали в академии и университеты.
