За спасение своей жизни, Легрейт Крейд расплатился древним родовым кольцом-артефактом. По-хорошему, он должен был его, когда-нибудь, отдать своей будущей невесте, только смысла в этом никакого не было. За последние три столетия кольцо ни разу не проявило свою магию. Мало того, что оно не защищало свою носительницу, так даже не подстраивалось под размер пальчика, спадая с него. Из-за чего и валялось как ненужная побрякушка в шкатулках жен, пока очередной наследник рода не становился совершеннолетним и не забирал его себе. Вот и отдал ард неработающий артефакт мальчишке за то, что он его спас, так как ничего другого с собой не было. Кто же знал, что уже через несколько дней Легрейту придется по всей стране искать ту, на кого отозвалось кольцо.
- Женька, там тебя полиция ищет и еще какие-то странные люди.
- Знаю. Заткнись и залазь сюда быстрее, пока нас не засекли.
Недовольно бурча, подросток выглянул на улицу в щель между досок закрывающих окно, чтобы убедиться в том, что никто не видел как Денис пробрался в заброшенный дом. Удостоверившись, что никого вокруг нет, он облегченно выдохнул.
- Слышь, а чего им от тебя надо?
- Я им надо, я.
Горестно выдохнув, подросток, опустился на пол у стены, обреченно уронив голову на сложенные на коленях руки.
- Зачем? Что случилось-то?
- Баб Нюр умерла пять дней назад.
Глаза Дениса испуганно расширились.
- Ты что, свою бабку того...?
- Совсем рехнулся? – возмущенный ребенок, покрутил у виска пальцем. – Старая она была, сердце не выдержало. Вчера ее похоронили.
В глазах подростка заблестели слезы.
- Тогда что от тебя ментам надо, если ты ни при чем?
- Что! Что! В детдом меня хотят отправить.
- Постой, но у тебя же дядька родной есть?
- Ага, а еще трехкомнатная квартира, которая ему жизни не дает. Пока баб Нюр была жива, он только облизывался, ютясь в общаге. Свою-то он профукал. А теперь у него руки развязаны. Главное, меня подальше сплавить.
- Постой, но квартира же по закону твоя. Сам не раз слышал, как твоя бабка, сидя на лавочки с подругами, все время это говорила. Он-то к ней каким боком?
- Ага, ты что, не слышал поговорку про закон? Он же как дышло, куда повернул то и вышло.
- До твоего совершеннолетия он ничего сделать не сможет.
Нахмурившись, Денис, пытался вспомнить все, что он знал по этому поводу. Вот только вспомнить то, чего ты никогда не знал, довольно сложно.
- Ага, ты это мне на могилке напишешь. Денис, он мент, у него все схвачено. Так что ничего хорошего мне не светит. И хорошо если оставят просто без квартиры и штанов, а то и, "случайно", на тот свет отправят.
Скептический взгляд друга однозначно говорил Женьке, что тот ему не верит. Впрочем, как и прозвучавшие тут же слова.
- Я, конечно же, знаю, что и дядя твой еще та сволочь, и что фантазия у тебя буйная, но с могилкой ты уже перегибаешь палку.
- Если бы, - затравленный взгляд подростка прошелся по облупившимся стенам. – Я вчера, на похоронах, случайно, разговор услыша … - замерев на полуслове, Женька прислушался к непонятному шуму идущему из подвала.
- Это крысы, - нетерпеливо привлек к себе внимание Денис. – Так что там было?
- Дядя с кем-то разговаривал по телефону. Обсуждал он свою "маленькую" проблему. Ну так вот, выхода из сложившейся ситуации ему предложили три. Первый - это поместить проблему в дурку, сделав дядю пожизненным опекуном. Второй - это устроить несчастный случай со смертельным исходом. Ну а про третий тебе говорить не буду, так как даже второй на его фоне выглядит довольно привлекательным. И как ты думаешь, что или, точнее, кто, эта маленькая проблема?
- И что ты собираешься делать?
Деня с жалостью посмотрел на Женьку, не зная чем помочь.
- В бега подамся. Больше ничего другого не остается. Дождусь темноты и свалю, а то днем поймают.
- А деньги у тебя есть?
Раздавшийся с улицы шум, заставил подростков вскочить и кинуться к окну.
- Тут они обычно сидят. Ага, а меня не пускают к себе. Говоря, малой еще. А я вот уже в магазин сам хожу и за сестричкой младшей смотрю. А они все рано говорят, что я еще малой. И курят там. Я видел. Один раз.
Десятилетний Ромка привел к их убежищу двух полицейских и какую-то стремную тетку.
- Вот, стукач, - сжав кулаки, Женька, нахмурившись, стал озираться по сторонам, соображая, как бы его свалить из дома незаметно.
- Помнишь, на третьем этаже, можно перебросить доску через провал в полу. Главное тебе перебраться на другую сторону, тогда спокойно уйдешь от них по крышам.
Понимая, что это единственный выход, подросток забросил на плечо заранее приготовленный для побега рюкзак и поспешил к лестнице.
- Женя! Ты тут?! Я из службы опеки. Я пришла тебе помочь.
Друзья обернулись на голос. На первом этаже появилась тетка и, задрав голову, стала всматриваться в темноту полуразрушенного дома. Рядом с ней остановились мужики в форме. Стараясь издавать как можно меньше шума, подростки, прижимаясь к грязным стенам, стали красться по лестнице наверх. Вот только валяющиеся везде кирпичи и отпавшая штукатурка мешали им это делать тихо. Поэтому их довольно быстро заметили по издаваемому шуму. Оба полицейских тут же бросились за детьми наверх, а те, в свою очередь, поспешили на третий этаж к огромному провалу в полу. На их счастье широкая доска лежала на месте.
Быстро передвинув ее и расставив руки в стороны для равновесия, ни секунды не сомневаясь в своих действиях, Женя ступил на шаткую поверхность. Подросток уже был на середине пути, когда рядом с провалом появились сначала полицейские, а после и запыхавшаяся тетка. В этот момент доска неожиданно издала зловещий треск под весом ребенка. Испуганно замерев, Женя посмотрел сначала в зияющую темную дыру под ногами, идущую через три этажа и заканчивающуюся где-то в подвале, после чего оглянулся назад на своих преследователей.
