Вернувшись домой, Саша превозмогая свою слабость и недомогание, приступил к ежедневным изнуряющим тренировкам. По ночам во всём теле были адские боли, и порой казалось, что голова вот- вот треснет от невыносимых ударов в виски. И засыпая каждый вечер, он не знал, проснётся ли завтра утром или нет, настолько тяжело проходила каждая ночь. Но вновь пробуждаясь, Саша понимал, что ему дан ещё один шанс на выздоровление, впереди предстоял ещё целый день, который может изменить всё к лучшему! Он верил в это чудо и делал всё, чтобы оно свершилось. И наполненный безграничной любовью к жизни, заставлял себя подняться и вновь выйти на адскую тренировку, которая была пускай «очень горьким», но, по убеждению Саши, единственно верным «лекарством». И так проходил день за днём, неделя за неделей. Механизм очищения себя изнутри был Сашей запущен.
Город Гусев и его окрестности богат реками, озёрами, просто кишащими рыбой, раками, которых он ещё в детстве ловил вместе с отцом. По берегам водоёмов были заросли чёрной смородины, малины, облепихи. В лесу на каждом шагу встречались кустарники лещины. С лета до поздней осени там было видимо не видимо всевозможных грибов, в которых он прекрасно разбирался. На заброшенных некогда немецких хуторах были многочисленные фруктовые сады, где росли яблони всевозможных сортов, груши, сливовые и вишнёвые деревья. И ветки прижимались к земле под тяжестью изобилия созревших плодов, настолько богатой была урожайность в тех краях. Этим Саша и промышлял в свободное от тренировок время. Часть пойманной рыбы и раков сдавал на рынок, вырученные деньги отдавал матери, немного добавляя в заведённую собственную копилку. Собирал ягоды, грибы и фрукты. Также помогал отцу на огороде, где у их семьи выращивалось всё необходимое: картофель, капуста, свекла, морковь и лук. Мама Саши доставала для него у знакомых парное молоко, домашние яйца. А родной дядька Саши угощал мёдом со своей личной пасеки.
И так проходили неделя за неделей. Очищающие всё изнутри тренировки, питание из свежепойманной рыбы, раков, свежие ягоды, фрукты и домашние овощи, парное молоко и мёд с пасеки сделали своё доброе дело. Состояние Саши стало постепенно улучшаться. И в один момент он своим внутренним чутьём понял, что будет жить. Налицо были все признаки того, что болезнь стала отступать от Саши. Появилась осознанная уверенность в том, что он вполне способен вернуться к учёбе, работе в лаборатории и к профессиональным тренировкам.
Всё это время Саша думал о Зое. Он ей не писал, чтобы не огорчать. От Зои тоже не было никаких вестей. И теперь окрылённый своей победой над страшным недугом, решил Зою порадовать и написал ей письмо. Ответ от неё пришёл очень быстро, где Зоя писала, что любит другого. В тот момент сражённому наповал Саше показалось, что обрушился весь мир, а земля разверзлась под ногами, в глазах его всё потемнело, а в голове и мыслях всё застелилось туманом. Он как- будто бы увидел замок, к которому так стремился, преодолев полный преград и опасностей путь к нему, весь объятый пламенем, языки которого, казалось, вот- вот коснутся проплывающих мимо облаков. И перед глазами стали с треском и грохотом рушиться и падать прогоревшие некогда прекрасные его стены, колонны и золочёные купола. Всё превращалось в золу и пепел. А чёрный дым закрывал собой небо и солнце. И в один миг ясный день погрузился в непроглядную тьму.
Были у Саши старые добрые друзья. Поделился он с ними своим горем и отчаянием. Друзья всей душой прониклись Сашиным несчастьем и пришли к нему дружной компанией. Достал Саша из копилки денег, сходили они в местный магазинчик, набрали побольше водочки, да пива. Собрали скромную закуску: домашней картошки, хлеба, да лука с чесноком. Ещё прихватил Саша свою старую гитару, под которую любил иногда попеть, а пел он очень красиво. И пошли они подальше от домов, людей в поля- луга. Разожгли костёр, испекли картошки. Выпили, да покрепче. И впервые, наверно со времён далёкого детства, Саша зарыдал, теперь уже как мужчина. И выливалась с этими горючими слезами вся накопившаяся боль, обида и отчаяние. Ещё свежа была в памяти адская физическая боль, которую он стойко вынес, и слёз его никто тогда не видел. Но душевная боль была столь нестерпимой, что слёз было не удержать. Друзья понимали это. Наконец, Саша пришёл в себя, гитара заиграла в его руках и долго пел он о любви, о счастье, о жизни. У друзей накатывались слёзы. Была тёплая июльская ночь, светили звёзды, по небу плыла полная луна. И горел тот костёр до самой зари, пока не истлел до последней искорки. Собрались друзья и побрели домой, покачиваясь от хмеля и бессонной ночи.
