По каким-то своим каналам Орлов «пробил» биографию Клавдии Матвеевны. Впрочем, Эми и не сомневалась, что добродушная старушка с цепким орлиным взором поверх очков, что-то скрывает. И специалист баба Клава была прекрасный. Пусть уже на пенсии, но хватка у женщины была прежней.
— А я говорила, нечего одному ходить по темный переулкам, — заметила Клавдия Матвеевна, не отрываясь от изучения бумаг и документов. Вздохнув, женщина посмотрела на Гарика поверх очков: — Перелом никак?
Игорь неопределенно пожал плечом, осел на диван, откинулся на спинку и пристроил пакет на подбородке.
— Одним льдом не срастется, — вздохнула Клавдия Матвеевна. — Звони-ка врачу, Эми. А лучше, вези-ка нашего орла в травматологию.
— Не! — хмуро качнул головой Гарик, но Эми уже выуживала из-под вороха бумаг на рабочем столе связку ключей от машины. — Док придет.
Слова, произнесенные Гариком, были малопонятны. Эми скорее догадалась по смыслу. Виктор, конечно, сделает все, что в его силах. Но сделать снимок здесь, на территории клуба, невозможно. Элементарно, нет здесь такого оборудования.
Вот если бы у Игоря был «огнестрел» или ножевое ранение — это уже другой вопрос. И тогда Эмилия доверилась бы Доку. Даже потерпела бы присутствие стервы-Моны. Но не в этот раз.
— Едем! — твердо заявила Ветрова.
Гарик бросал на нее тяжелые взгляды. Но, удивительно, не спорил.
Уже на парковке, где стояли автомобили всех работников клуба, Эми немного растерялась. Вспомнила, куда именно собирался съездить Игорь.
Судя по разбитой челюсти, съездил. Так?
Эми заняла водительское место. Гарик устроился рядом.
— Это Дымов так тебя? — осторожно спросила Эмилия.
Гарик отвернулся к окну. В его руке все еще был зажат пакет со льдом.
— Он не стоит этого, Игорь, — хмуро покачала головой Ветрова. — Ты предан ему. Разгребаешь его дела. Ты сделал для него немыслимые вещи! А он? Он сволочь и скотина, Орлов.
Эми даже не вздрогнула, когда Игорь перехватил ее ладонь и сжал своей большой рукой. Ветровой пришлось посмотреть на мужчину, сидящего рядом.
— Я права, — твердо произнесла Эмилия.
Гарик отрицательно покачал головой и выпустил ее пальцы. Эми больше не сказала ни слова, но внутри у девушки все кипело от ярости и гнева.
Какое право этот чертов Дымов имеет?! Гарик — настоящий друг. А этот кретин сломал ему челюсть! Идиот!
— Успокойся, — промычал Орлов.
Эми лишь фыркнула. Она спокойна. Спокойна, как никогда.
***
Жизнь Эмилии Ветровой разделилась на «до» и «после». Банально, да. Но так оно и было.
В том беззаботном и счастливом «До» все было понятно и ясно. У Эми был жених, подруги, перспективы, отчий дом, семья.
А в «После» не осталось ничего. Все разрушилось чужим и грубым вмешательством в ее жизнь. Эми до сих пор помнила то утро, когда вернулась домой.
Отец ждал ее в холле. Эми никогда прежде не видела такого выражения на его лице. Злость и разочарование источал взор разгневанного родителя.
В тот день отец впервые поднял на нее руку. Синяк долго не сходил с лица Эмилии, будто напоминал о ее позоре.
А дальше события завертелись еще быстрее.
Жених «случайно» узнал все подробности. Более того, знал о каждом ее шаге на территории клуба. Уже после стало ясно, кто именно обо всем доложил.
Эми помнила, как уговаривала Эльдара просто выслушать ее. Но бывший жених оказался глух к ее просьбам. А сейчас бывший жених Эми женится на ее бывшей лучшей подруге. Как предположил Игорь, Светка заранее все продумала. Построила свой брак на трагедии Эмилии.
Предательница, а не подруга. И Эльдар тоже получается предатель. Эми очень хочется забыть этих двух людей из ее жизни «До». Но пока не выходит.
Впрочем, Эми вообще хочет забыть все, включая Дымова. Хочет вернуться в то время, когда самой большой трагедией в ее жизни был сломанный ноготь. А теперь Эмилия Ветрова привыкает к новой реальности и пытается выжить в ней.
Притормозив на светофоре, Эми неосознанно устроила ладонь на животе.
И это тоже ее новая реальность. Ее ребенок. Ее малыш. Именно он заставляет Эмилию просыпаться каждое утро, улыбаться своему отражению, приезжать в офис, где все, каждая мелочь, напоминает ей о ее позоре.
Это ее ребенок. Ее собственный. Только ее. И никому, ни отцу, ни Дымову, ни любому другому человеку, Эми не позволит его обидеть.
***
— Как дела у Гарика?
— Все в порядке. Спасибо.
Эмилия мысленно считала до десяти и обратно, чтобы не сорваться. Присутствие Моники в рабочем кабинете Эми крайне напрягало. Это ведь территория Эмилии, ее вотчина и владения. Потому Ветрова не боится, даже оставшись наедине с этой двинутой на всю голову дамочкой.
— Была б моя воля, — процедила Мона, скрестив руки на груди, — вышвырнула бы тебя отсюда!
— К счастью, ты этого сделать не можешь, — Эми все же отвлеклась от чтения бумаг и взглянула на гостью, — половина этого офиса, как и всего клуба принадлежит Игорю. Уволить меня может либо он, либо твой брат лично.
— Дыму еще три месяца зону топтать! Будто ты этого не знаешь, стерва! — пренебрежительно скривилась Мона.
— Попридержала бы ты язык, дорогуша, — флегматично произнесла Клавдия Матвеевна, а Эми с трудом скрыла улыбку.
