Перевернувшись на живот, девушка намылила мочалку ароматной пеной из первой попавшейся банки, которая стояла среди прочих на столике возле джакузи. Начала тщательно натирать свое тело, не открывая глаз. Ей было все равно, что Николай видит все через стеклянные двери душевой кабины. Абсолютно все равно. Основательно вымывшись, она снова погрузилась поглубже в джакузи. Вода продолжала бурлить, и была такой же горячей, как и вначале.
Класс!
Это то, что я хотела…
Вот сейчас я по-настоящему расслабилась и…
Перебив стройный поток мыслей-наслаждений Стефании, ее резко вытащили из воды и понесли.
Николай…
Куда?
Зачем?
НЕ ЖЕЛАЮ!
От возмущения Стефания резко открыла глаза, собираясь высказать все, что она об этом думает.
Мужчина на руках занес девушку в душевую кабину.
Помокла и хватит, а то совсем размокнешь и мне тебя не склеить, — пожаловался он, включая душ.
Она осталась стоять в душе, молча протестуя против такого своеволия.
У тебя минута, — дополнил свои действия Николай как ни в чем не бывало.
Стефания показала ему язык. Она чувствовала себя очень расслабленной и до невозможности уставшей. Глаза слипались, тело не слушалось. Хотелось спать.
Я честно предупредил, — ответил он усмехнувшись, — ополоснись и выходи, красотка.
Николай вышел из ванной комнаты. Стефания все равно не реагировала. Еще мгновение — и потоки воды отрезвили ее, полив со всех сторон. Сон как рукой сняло, вода была холодной и вмиг заставила проснуться. Поток сменился теплым, стал горячее, снова холодный. Пытаясь увидеть, где установлен регулятор, она искала переключатель. Но увы. На панели отображался выбранный режим и включенная программа.
Понятно. Выбора нет. Необходимо выходить, это будет быстрее, чем пытаться разобраться со всеми непонятными кнопками.
Выйдя из душа, девушка насухо вытерла тело и высушила феном волосы. Надела один из белых хлопчатобумажных халатов, что висели в шкафу, и вышла из ванной комнаты.
Николая нигде не было. Что радовало, так как хотелось побыть одной. Но, оглянувшись по сторонам, она поняла, чем он занимался все это время.
Возле открытого настежь окна на квадратном столе красовались свежие фрукты и белое вино, разлитое в высоких бокалах. Из глубины комнаты и сам хозяин, не сводя с нее пытливого взгляда.
Стефания без приглашения с его стороны, почувствовав острый голод, сама присела на одно из придвинутых к столу кресел. Наколов на вилку небольшой кусочек питайи, положила в рот, тщательно прожевала и проглотила. Глоток холодного вина отменного качества.
Вкусно, — с удовольствием проговорила она, посмотрев наконец на него. Я рад, что смог вас удовлетворить, милая девушка, — ответил он одними губами. Питайя — довольно редкий фрукт для России. Тем более первой свежести и высокого качества. Обычно на прилавках лежит не один месяц, а этот словно вчера сорван с кактуса, — сказала Стефания, ожидая от него продолжения разговора.
Николай ничего не ответил. Его брови вопросительно приподняты, глаза светятся скрытым вызовом.
Стефания попробовала маракуйю, потом лиджи. Фрукты, такие вкусные и прохладные, благодарно воспринимались разгоряченным телом после джакузи.
Яблоко!
Хочу сочное яблоко.
Минуты шли, Стефания продолжала лакомиться фруктами. Николай не присоединился к ней, не ел, но подошел ближе к столу. Нет, не присел, продолжал стоять, держа в руках бокал вина, опершись бедром об оконную раму. Мужчина небольшими глотками пил вино, наслаждаясь его изысканным вкусом. Допил, наполнил снова свой и ее бокалы.
Стефания с удовольствием сделала один большой глоток, второй, третий. Вкус вина отдавал карамельной сладостью, а она очень любила сладкое.
Не пей так быстро, опьянеешь, — сделал он ей резонное замечание.
От этого неизменного командирского тона Стефания в знак протеста, подняв высоко бокал, бросила на него вызывающий взгляд из-под длинных ресниц, и залпом допила вино. Еще один оценивающий взгляд на него, провела языком по верхней губе, потом по нижней.
Впечатляет, — отреагировал он холодно. Я старалась, — в тон ответила девушка, протягивая бокал.
Она не просила, но по ее жесту было понятно, чего она хочет.
Еще? — все же уточнил он, улыбаясь одними глазами. Да, будь любезен, — ответила она, игриво пожимая плечами.
То ли вино так подействовала на нее, то ли его невозмутимый, полный контроль над всем. Это притом, что он не говорил об этом, но во всем, даже в том, сколько она сейчас могла выпить, девушка осознавала: столько можно выпить потому, что он ей разрешает.
Если это будет противоречить его планам, он откажет, запретит. На этом будет окончена вся ее так называемая самостоятельность. Но сейчас это Стефанию не беспокоило. Ей нравилось сидеть вот так напротив него, в одном только халате, есть свежие фрукты и запивать сладким вином.
Он наполнил до краев бокал, а потом бросил в него какой-то неизвестный фрукт красного цвета.
Что это? Это? Это тамарилло. Он подчеркнет вкус вина, дополнив его, плюс ты не так быстро опьянеешь, — ответил он, усаживаясь в кресло и откидываясь на спинку.