Джен, которая, сколько Керри себя помнила, была частью ее семьи, одарила его одной из своих фирменных улыбок.
– Приятно познакомиться, детектив Фалько. – Она протянула ему руку.
Фалько пожал ее.
– И мне приятно, Джен.
– Керри, есть кое-что… – Керри вдруг поняла, что ее подруга готова вот-вот разрыдаться. По щекам у нее потекли слезы.
– Что случилось? – Керри взяла ее за руку. Кажется, она почти исчерпала лимит тревоги.
Подошла официантка, и Фалько заказал пару стаканов пива.
– Со вчерашнего утра я только об этом и думаю. Меня не покидает плохое предчувствие – уже несколько дней, но я не знала, как тебе сказать. А теперь у меня не осталось выбора.
– Просто скажи мне, Джен. Что бы ни случилось, мы разберемся.
Джен облизала губы и вздохнула.
– Это насчет Тео Томпсона.
Керри нахмурилась. В списке потенциальных проблем, которые промелькнули у нее в голове, эта даже не значилась.
– Ты что, видела Томпсона где-то еще, помимо теленовостей? На работе что-то услышала?
Джен допила свой коктейль и сложила руки на груди.
– Мы с Тео знакомы, уже два года.
Керри ушам своим не поверила. Джен? Женщина, которую Керри знала так же хорошо, как свою родную сестру, была связана с их главным подозреваемым в расследовании. Она не поняла.
– Насколько знакомы?
Джен опустила глаза.
– У нас роман.
До Керри не сразу дошел смысл ее слов, а когда дошел, потряс ее до глубины души.
– Продолжай.
– В последние две недели он ведет себя странно. Сначала я думала, это просто стресс от предвыборной кампании, но потом я случайно услышала пару телефонных разговоров, которые не дают мне покоя.
– Телефонных разговоров с женой? – Керри сразу осознала горечь своих резких слов. Но Джен, изо всех людей… она-то должна была понимать, через что прошла Керри после измены мужа…
Керри взяла себя в руки. Она должна была ее выслушать по многим причинам.
Джен покачала головой, вытерла глаза.
– Я не знаю, с кем он разговаривал, но там была какая-то проблема. Что-то плохое.
Керри почувствовала острое разочарование.
– Если ты не собираешься поделиться чем-то криминальным, я не уверена, что тебе следует разговаривать именно со мной.
Она почти собралась уйти, когда Джен выпалила:
– Он был у того дома той ночью в среду. Который сгорел.
Керри застыла.
– Откуда ты это знаешь?
– Я была с ним. – Джен снова облизала губы и принялась теребить соломинку в пустом стакане. – Мы собирались поужинать тем вечером, но ему кто-то позвонил. Тео был страшно расстроен звонком. Сказал, что ему надо кое с кем встретиться и разобраться с одной проблемой. Когда мы подъехали к тому дому, – Джен сделала глубокий вдох, – он велел мне ждать в машине.
– С кем он встречался? – Керри ждала ответа с колотящимся сердцем.
Джен посмотрела ей в глаза.
– С Льюисом Йорком.
Сукин сын.
– Почему же, твою мать, ты не рассказала мне об этом раньше?
– Я хотела, – заплакала Джен. – Я тысячу раз начинала тебе звонить, но не могла себя заставить.
Керри с трудом сдерживала эмоциональные слова, которые ей хотелось бросить через стол. Она постаралась вспомнить, чему ее учили, напомнила себе, что она хороший детектив.
– Скажи мне точно, что там произошло, повтори слово в слово все, что ты слышала из их разговора.
Это может иметь решающее значение для дела.
Сквозь приступы рыданий и с помощью еще одного коктейля Джен объяснила, что она видела и слышала тем вечером. Закончив говорить, она вновь опустила взгляд.
Глубокий, глубокий вдох. Керри посмотрела на напарника.
– Нам надо рассказать это лейтенанту.
– Станет он нас слушать – особенно когда это ее слово против их, – заметил Фалько. – Томпсон, скорее всего, скажет, что она покинутая любовница, которая ему мстит.
– Но он не бросал меня, – вмешалась Джен. – Это я его бросаю.
– Твое слово против его. Нам нужны доказательства, Джен. Что-то, что позволит физически привязать их к тому дому той ночью.
Керри на секунду закрыла руками лицо. Она устала. Так чертовски устала.
– Нам надо подумать, как использовать эту информацию. Она может все изменить.
Фалько посмотрел на Джен, а потом повернулся к Керри.
– Она может обсудить с Томпсоном ту ночь – под запись, с микрофоном.
Керри покачала головой.
– Это слишком опасно. – Она посмотрела на подругу. – Как бы я ни хотела достать этого подонка, я не хочу рисковать ее жизнью.
– Я готова, – заявила Джен. – Я сделаю все, что вы скажете. Я клянусь. Все что угодно.
Керри пристально на нее посмотрела.
– Ты чувствуешь себя виноватой. И хочешь как-то все исправить. Но то, что предлагает Фалько, не…
– Я сделаю это, – истерично закивала Джен. – Мне так жаль. Я идиотка, но я смогу это сделать.
– Нет. – Керри снова покачала головой. – Я не допущу, чтобы ты пострадала – или, не дай бог, погибла. Я не уверена, что ты понимаешь, насколько безжалостны эти люди.
Глаза Джен снова наполнились слезами.
– Пожалуйста, позволь мне помочь. Ради Амелии и этой ее подруги – Селы Эбботт.
– Это могло бы заставить шефа полиции и лейтенанта взглянуть на дело так, как нам нужно, – напомнил Фалько.
Нехотя Керри признала, что он был прав.
