— Никогда не смей мною манипулировать, женщина! — взревел Владыка.А потом я осознала себя прижатой к двери.Дарнаэш прижал и навис, оказавшись в непозволительной близости и вопиющем положении. Всё это, включая его полыхающий взгляд, могло перепугать до смерти, но я почему-то знала, что вреда Владыка не причинит.То есть что-нибудь сделать может, но плохое — никогда. И так вдруг приятно, так радостно стало, что я даже улыбнулась.— Не вижу здесь ничего смешного, — прошипел главный ящер.— Это потому, что ты ещё не читал ноту протеста, которую я обязательно напишу.В книге есть:— драконы— юмор— девственница— любофф!Однотомник
— Ну что, сынок, вот и настал этот день, — мужчина хлопнул юношу по плечу, сдержанно улыбнулся. — Твой первый взрослый вылет. Что может быть лучше?
Юноша нервно вздохнул.
— Не понял? — изумился мужчина. — Неужели боишься?
— Не боюсь. Просто… Пап, тебе не кажется, что традиция с воровством девственниц уже устарела?
Мужчина резко утратил благодушие и нахмурился.
— Традиции не могут устареть! — бухнул он. — На то они и традиции! На них держится наш род, клан и всё наше племя!
Молодой дракон послушно кивнул. Он не собирался спорить, но в животе ворочалось неприятное чувство. Оно появилось сегодня утром, и юноша сперва списал всё на волнение, но чем ближе к моменту вылета, тем чётче понимал, что причина именно в ней.
Девственница! Каждый дракон, совершая свой первый взрослый полёт — то есть вылетая за пределы исконной территории, — обязан был принести в замок клана непорочную деву.
— Отец, я…
— Даже слушать не желаю! — рассердился родитель.
Юноша понуро замолчал.
Они стояли на самом краю утёса, под ногами простиралась зелёная долина, вдалеке виднелась горная гряда Каэш-Тес, как называли её здесь, или Драконий хребет, как звали люди. Солнце висело высоко, воздух полнился свежестью, небо напоминало разлитую лазурь.
— Криштош, прекрати, — процедил родитель.
Молодой дракон совсем по-детски шмыгнул носом и не сдержался:
— Отец, ты же помнишь, что мне суждено стать предсказателем? Так вот, кажется у меня предчувствие.
— Не говори глупостей. Если звёзды не ошиблись, и у тебя действительно есть дар, то он проснётся лет через пятьдесят, не раньше.
Да, всё верно, особые способности, если они были, пробуждались у драконов после третьей взрослой линьки, но ведь из любого правила есть исключения.
— Отец…
— Ещё слово, и я перестану быть отцом и превращусь в Теймиза Шей Раша, главу клана Изумрудных, — сказал мужчина сурово.
Не шутил, но угроза была так себе. Теймиз отлично помнил собственный первый вылет и вполне допускал, что на сына может напасть мандраж.
Мужчина выдержал долгую паузу, потом окинул взглядом долину, которая входила в состав владений клана, и горы, за которые предстояло полететь сыну.
— Сынок, всё будет хорошо, — сказал он, смягчившись. — Ты справишься.
— Угу, — буркнул юноша.
— Обязан справиться, — добавил Теймиз. — Ведь в этом году именно наш клан проводит торжества по случаю праздника Первого полёта, и в наш замок слетятся все драконы, даже сам Владыка.
Криштош поёжился и втянул голову в плечи — встречаться с Владыкой хотелось ещё меньше, чем воровать какую-то человечку. Да, именно человечку, потому что другие никогда не попадались. Эльфийки ловко прятались в лесах, гномки вообще на поверхность не выходили, а про остальных и речи не шло.
К тому же земли клана Изумрудных граничили именно с человеческими королевствами — сразу тремя, но выбор от этого, по мнению Криштоша, не увеличивался.
В том же, что касается Владыки — пусть Дарнаэш из клана Огненных совсем не злой и вполне себе справедливый, но он же самый сильный из драконов! Как тут не дрожать?
— А значит, — продолжал тем временем Теймиз, — нам нужно выглядеть достойно. Принеси такую деву, чтобы Бурые и Стальные собственные хвосты от досады сжевали! Выбирай как следует. Чтобы была пофигуристее, помясистее, чтобы щёки румяные, чтобы ух!
Глава клана Изумрудных вскинул руки и скрючил пальцы, словно в каждой его ладони лежит по увесистой округлой дыне. Криштош, невзирая на всю свою молодость и полное отсутствие опыта, намёк понял и заметно покраснел.
— Хорошо. Я постараюсь, — прошептал он.
— Не слышу! — воскликнул Теймиз.
Криштош дрогнул, но заставил себя выпрямиться и сказать внятно:
— Сделаю.
— Чего-чего? — не удовлетворился родитель.
Молодой дракон выпятил грудь, вздёрнул подбородок и гаркнул на всю округу:
— Я принесу лучшую девственницу! Такую, что все сдохнут от зависти!
— Ну вот и молодец.
Нехорошее предчувствие, терзавшее Криштоша, никуда не делось, но стоило вообразить, как он входит в торжественный зал без трофея, и голова пошла кругом. Это хуже. Гораздо хуже, чем тот невнятный клубок в животе.
А что скажет Владыка? У-у-у… он же посмеётся, и этот позор останется на всю жизнь.
— Лети, — улыбнулся Теймиз.
Криштош кивнул и решительно шагнул с утёса, чтобы уже в падении принять другую форму. В лазурно-синее небо взмыл некрупный дракон с острым гребнем и изумрудного цвета чешуёй.
Дракон поднялся выше и сразу устремился к хребту Каэш-Тес, а Теймиз улыбнулся шире. Ему было приятно видеть, как вырос и возмужал сын, насколько красивым стал его некогда рваный, неровный полёт.
Пару минут Теймиз любовался, а потом развернулся и направился к арке портала. Всё хорошо, но пора вернуться в замок и лично проверить как идут приготовления. Праздник Полёта должен стать самым ярким, ведь Изумрудные — лучший из кланов. И Теймиз не желал упускать шанса чтобы это подчеркнуть.
