«Откажет», – ясно поняла я. И чаша весов эмоций снова качнулась в другую сторону. Только что мысленно корила себя за странную и несвоевременную просьбу, а сейчас безумно расстроилась, что так и не увижу залитые лунным светом развалины старинных склепов и обломки надгробных плит.
– У меня есть обещанное тобой желание! – напомнила ему.
Алистер, собиравшийся что-то сказать, от неожиданности поперхнулся воздухом и закашлялся. Восстановив дыхание, лишь усмехнулся:
– Шокировать собеседника – это твой любимый метод, да, Кирана? Я ожидал любого желания, но только не такого. Что ж, раз ты настаиваешь, придётся согласиться и взять тебя… на погост. В ближайшее время.
Специально ведь сделал паузу, провокатор. Пожала плечами и ответила в тон ему:
– Лишь бы не на погосте. К такому жизнь меня не готовила.
– Хорошо, вычёркиваю его из списка, – серьёзно кивнул Алистер. – Согласен, существует немало более подходящих мест, нежели холодные каменные плиты.
– С каким знанием дела ты об этом рассуждаешь! – хмыкнула я. – Испытал на себе?
– Предполагаю, – мягко отозвался некромант. – И раз уж ты хочешь обойтись без нового волнующего опыта, не вижу причин не пойти навстречу.
– Потрясающе сговорчивый мужчина! – восхитилась я.
– Бери пример, – нахально подмигнул Алистер. – Ответная сговорчивость меня очень порадует.
– Извини, чужие достижения не пробуждают во мне дух соперничества и намерение подражать, – вздохнула я. – Наоборот, предложение брать с кого-то пример вызывает стойкое желание кивнуть и сказать: «Он молодец, несомненно, пусть продолжает в том же духе, а я даже пробовать не стану». Зачем быть чьей-то бледной копией?
Я закончила тираду и умолкла, беспокоясь, не перегнула ли палку. Но Алистер ничуть не обиделся и подтвердил:
– Упрямый яркий оригинал интересней копии. Но вернёмся к твоему желанию и его выполнению. У меня есть условие: если я прикажу тебе уйти, ты без лишних разговоров откроешь портал и вернёшься в город.
Я кивнула. Это было логичное и понятное требование. Своеобразная техника безопасности, не более того. Алистер мог этого и не говорить.
– Ну вот, у тебя отлично получается соглашаться с моими предложениями, – отметил некромант.
И в его тоне прозвучали особенные бархатные нотки, от которых что-то сладко сжалось внутри. Разговор снова приобретал опасный оборот. Я решила исправить ситуацию и заявила:
– А теперь точно твоя очередь задавать вопросы. Мне уже неловко: всё допытываюсь и допытываюсь.
– Уверена? – прищурился Алистер.
– Это справедливо, – решительно отозвалась я. – Мы же договорились: откровенность за откровенность.
– Что ж, давай пооткровенничаем, – произнёс некромант, вновь обжигая меня пронзительным взглядом. – У меня действительно есть несколько вопросов.
Упс. Вот теперь уверенность меня покинула, зато на смену ей пришло стойкое ощущение, что вместо того, чтобы исправить положение, я его усугубила. И всё-таки вырыла себе яму чересчур длинным языком. Но отступать было поздно.
Этот вечер стал настоящим испытанием на прочность. Алистер пообещал себе не спешить, но лишь сейчас понял, что сдержать слово будет куда сложнее, нежели казалось поначалу. Кирана отравила его собой, проникла в мысли. Сводила с ума своим острым язычком, взглядом, отзывчивостью, искренностью, смесью лёгкого нахальства с неуёмным любопытством. От неё пахло спелыми ягодами и прохладой утреннего морского бриза, и от этого аромата кровь вскипала, точно забытый на нагревательной плите чайник, и катилась по венам огненной рекой. А когда Кирана взяла его под руку, так естественно и непринуждённо, словно сотни раз до этого, внутри всколыхнулось дикое, необузданное желание. До безумия, до алых пятен перед глазами хотелось подхватить её на руки, утащить тропами мёртвых в свою комнату или просто – куда-нибудь подальше от людей, сорвать одежду, зацеловать, заласкать до расфокусированного взгляда, до тихой просьбы «Ал, пожалуйста…», ощутить её всю – чувственную, нежную, страстную. Каждой клеточкой тела. Прижимать к себе – кожей к коже, слышать стоны удовольствия и любоваться ею, распалённой, с жарким румянцем на щеках, припухшими от поцелуев губами. Раз за разом доводить её до экстаза, пока окончательно измотанная и залюбленная девушка не заснёт на его плече. Это было какое-то сумасшествие. Ещё ни одной женщине не удавалось пробудить в нём настолько неутолимую жажду и чувственный голод, опьянить одним прикосновением тёплой ладони. А ведь у него было достаточно любовниц… И даже если бы возможно было повернуть время вспять и отказаться от неё – он бы не отказался.
