— Правильно понимаешь. Это моя свадьба, и я хочу сделать ее такой, чтобы все умерли от зависти. Поэтому тебе не стоит вмешиваться, если не хочешь, чтобы наша семья дала трещину ещё до брака.
Лео, откинув голову, звонко рассмеялся.
Я даже не взглянула на него. Просто продолжала идти с прямой спиной и думать о том, что мне совсем не нравится как звучит его смех. Мне сейчас вообще ничего не нравилось, потому что эта боль сводила меня с ума.
Откуда она вообще взялась?!
— С тобой определенно будет весело, Ада.
Я лишь издала странный звук, похожий на хмыканье. Да и что я могла ответить на это? Я никогда не играла по чужим правилам, всегда предпочитала лишь свои и не собиралась позволять другим принимать решения на мой счет. Я слишком дорожила своей свободой и контролем.
— И когда я могу расчитывать на знакомство с твоей семьей?
Я резко остановилась. Пальцы рук невольно сжались в кулаки. Лео, заметив, что я перестала шагать рядом с ним, тоже остановился. Обернувшись, он непонимающе взглянул на меня:
— Что случилось?
— Видимо я должна кое-что сейчас прояснить между нами, Лео.
Он лишь недоуменно вскинул брови:
— И что же это?
Я чертовски медленно подошла к нему и встала так близко, что ещё чуть-чуть и наши губы смогли бы соприкоснуться. Жадный взгляд Лео тут же устремился к моим губам, а я лишь смотрела на него с такой яростью, что любой другой мужчина давным-давно бы дрогнул.
— Никакого знакомства с моей семьей не будет, Лео, — прорычала я. — Только попробуй сунуться к моему брату или к моей невестке, и я тебя убью.
Лео хмыкнул, но я ловко достала из сумочки красивый и маленький револьвер и приставила дуло к его животу. Охранники Лео не набросились на меня лишь потому, что им не было видно оружия из-за моего пальта.
— Я тебя предупреждаю один единственный раз, Лео, — вкрадчиво заговорила я. — Моя семья тебя не касается. Если я узнаю, что ты посмел приблизиться к ним ближе чем на километр, я тебя уничтожу.
Глаза Лео угрожающе прищурились, но я продолжала надавливать револьвером его живот:
— Я убью тебя, — уже мягче сказала я. — Поверь мне, я уже убивала и с радостью сделаю это снова. Мой брат живет тихой спокойной жизнью. Скоро я стану тетей, и не дай бог ты тронешь мою невестку. Тогда твоим ночным кошмаром станет не Алекс, дорогой мой женишок, а я.
И прежде чем он успел сказать и слово, я звонко чмокнула его в щеку, а потом развернулась и зашагала в сторону выхода из ботанического сада. Алиса, попрощавшись с Лео, последовала за мной.
Едва ли нам удалось выйти, как Алиса куда-то исчезла всего на пару минут, а потом вернулся на моей машине. Я и знать не хотела, как она это сделала, поэтому спокойно залезла на пассажирское место, громко хлопнула дверцей и облегченно откинулась на спинку кресла.
Несколько минут мы ехали в полном молчании, но в какой-то момент я ощутила беспокойство Алисы. Оно всегда заключалось в том, как она нервно постукивала пальцами по любым предметам.
— Выкладывай, — велела я.
Алиса бросила на меня испуганный взгляд, а потом сказала:
— Кирилл попал в аварию на мотоцикле.
— Зачетный зад, красотка.
Медсестра ответила мне таким пламенным задом, что ее желание ударить меня шприцом в глаз не вызывало ни малейших сомнений. Тем не менее, девушка сдержалась. Сделав вид, что ничего не услышала, она спокойно наклонилась к моей руке.
— И что ты собираешься мне колоть?
— Это снотворное, — пояснила красавица. — Через пятнадцать минут вы уснете и больше не будете чувствовать боль.
Я аж зарычал от досады.
— А без “уснете” обеспечить отсутствие боли никак нельзя?
— Могу тебя пристрелить, — отозвался Алекс. — Хочешь?
Медсестра бросила на мужчину пылкий взгляд. Либо он ей нравился, либо она определенно хотела, чтобы меня пристрелили.
Ну, или и то, и другое.
Я даже не знал, на какой вариант поставить.
— Он женат, — раздраженно протянул я. — У него шикарная жена, которая послала меня на… Далеко послала, короче. Дочка. Дочке, кстати, за двадцать пять, и она тоже конфетка, — Алекс молча продемонстрировал мне кулак. — И скоро этот мужик станет дедом. Так что можешь на него не пялиться. Твоя грудь его не интересует. А вот меня очень даже да!
— Ты уснешь, и тебе сделают принудительную кастрацию, — холодно отметил Алекс, открывая какой-то журнал и принимаясь за чтение. — Ну, или отрежут язык. Даже не знаю, активность какого органа раздражает меня больше.
— Что ты имеешь против моей сексуальной активности?
— То, что ты пытаешься направить её на мою жену, мою дочь и сотрудницу моей клиники.
— Ей приятно.
— Мне не приятно, — наконец-то произнесла медсестра. — И у нас по правилам клиники запрещаются любые отношения с пациентами. Потому попрошу вас больше не флиртовать со мной.
— Я не флиртую, — фыркнул я. — Я нагло к тебе пристаю.