Замок тихо щелкнул, я быстро открыла крышку и с жадностью осмотрела сокровища. Меня не интересовали украшения, фотографии, какие-то бумаги. Нет, все самое хранилось на жестком диске.
Схватив его, я быстро спрятала мою находку под бронежилет. Я собиралась уже закрыть коробку и спрятать, как мой взгляд скользнул на одно кольцо. Я мгновенно узнала его. Белое золото и огромный черный бриллиант в россыпи маленьких бриллиантов.
Бабушкино кольцо.
Ярость не успела во мне вспыхнуть, как я услышала громкий визг шин и перестрелку. Быстро закрыв крышку и вернув замок на место, я вернула свою находку на ее прежнее место и даже наскребла немного пыли, чтобы выглядело хотя бы чуть-чуть естественно.
А в следующую секунду железные двери открылись и я услышала громкий крик Алекса:
— АДЕЛАИДА!
На моих губах расцвела хитрая улыбка.
Никогда я ещё не видела, чтобы кто-то был настолько свиреп. Даже мой дедушка никогда на меня так не злился, как сейчас разгневался Алекс.
Он ловко метнулся ко мне, затем схватил меня за шею и мы оба юркнули за огромный ящик, пока кто-то отчаянно стрелял по нам. По крайне мере они ещё ни разу не попали и это радовало.
— Глупая девчонка, — рычал на меня Алекс. — Какого черта ты сюда сунулась?
Выкрутившись из его хватки, я подмигнула ему, а потом буквально на одно мгновение высунулась из ящика и трижды выстрелила. Одного убила, а второго ранила. И ни сказать, что во мне была жалость. Вряд ли бы кто-то из этих головорезов собирался пощадить меня.
Вадим не знал пощады.
— Ну, лучше ловить на живца, не так ли?
Клянусь, если бы Алекс сейчас не был так сильно занят отстреливанием, он бы обязательно меня придушил.
— Ты катастрофа!
— Спасибо, это просто лучший комплимент, — заметила я.
Вновь зазвучали выстрелы и мы одновременно спрятались за нашим ящиком, который сильно трясся. Лишь благодаря чуду и удаче нас до сих пор не достали.
Наши взгляды с Алексом столкнулись. И если в моих горело пламя восторга и интереса, то вот в его отчетливо виднелась злость и какая-то расчетливость. Он явно потом мне отомстить за это.
— В свою защиту скажу, — зашипела я, — я вас совсем не звала!
— Вот поэтому ты и дура, Аделаида.
Я закатила глаза:
— Но вы мне не отец, чтобы так сильно беспокоиться за меня, — напомнила я ему, а потом подстрелила ещё одного. — Я правда не понимаю, почему вам так важно спасти меня. Беспокойтесь лучше за моего братца.
Алекс не ответил. И я не знала почему. Может быть, был слишком занят нашей стрельбой, а может быть просто считал меня такой дурой, что даже не хотел пояснять. В любом случае я была даже рада, что он не ответил.
Когда повисла тишина, мы с Алексом переглянулись, и он жестом показал ждать. Я упрямо покачала головой. Алекс, закатив глаза, поджал губы и выглянул из-за ящика, а потом уверенно двинулся вперед.
Я же пошла с другой стороны, чтобы в случае чего прикрыть его или отразить удар. Я не позволю, чтобы что-то случилось с Алексом. Бедная Инга этого не переживет.
Мы почти добрались до выхода, когда я услышала тихий шорох.
Обернувшись, я увидела, как из-за другого ящика выскользнул какой-то лысый головорез и дважды выстрел. Не в меня. Он целился в спину Алекса, который оказался такой удобной мишенью из-за меня.
Я среагировала молниеносно.
Из меня вырвался крик:
— Нет!
А потом я приняла сразу две пули: одна попала в бедро левой ноги, а вторая — в нижнюю часть живота, которая не была прикрыта бронежилетом.
— Аделаида, — закричал Алекс.
Он одним выстрелом убил головореза, а потом успел меня подхватить до того, как я рухнула на грязный пол.
— Черт побери, ну ты и глупая девчонка!
Усмехнувшись ему, я выдавила:
— Один ноль, Алекс.
Алекс что-то громко закричал кому-то, но ему никто не ответил. Видимо его парни полегли в этой драке, поэтому ему пришлось подхватить меня на руки и потащить на улицу. На удивление он нес меня легко, хотя я никогда не считала, себя легкой.
— Ты отчаянно нуждаешься в хорошем воспитании, Аделаида, — сердито заявил Алекс.
Я не понимала, куда мы двигались, лишь видела перед собой небо и сильно давила на свою рану внизу живота. В меня стреляли. И ни один раз, но никогда это не было на поле боя.
— О, Господи, — закричала Алиса. — Что с ней?
— Два пулевых ранения, — заявил Алекс. — Ты сможешь зажать их, Алиса?
Я не расслышала, что ответила моя помощница, лишь почувствовала сильную боль, когда меня уложили на задние сидения джипа. Боли было так много, что она затуманивала разум и не позволяла логично мыслить.
— Тише, тише, дышите, — умоляла меня преданная Алиса. — Я уже позвонила в больницу! Они ждут нас!
— Отлично.
Хлопнула какая-то дверца, потом завелся вроде бы мотор, а я лишь могла считать свои вдохи и выдохи. Это помогало сконцентрироваться на том, что я продолжала жить, а не умирала от кровотечения и не страдала от сильней боли.
— Как она?
— Слишком бледная!
— Черт бы побрал твою начальницу, Алиса.
— Поверьте, — Алиса всхлипнула. Она что, плакала? — Она бы даже с ним заключили бы сделку.