Она застыла. В глазах вспыхнуло разочарование, следом за ним — вполне ожидаемая злость. Ада сжала зубы и с трудом выдавила из себя:
— Группа же распалась.
— Ну, я так-то человек бесполезненький. Яр на сцену больше не хочет и считает, что достигнет больших успехов в издательском деле — у Алекса-то под крылом! — Матвей у нас вообще теперь фанат отелей и грустных иноземок, так что никакой доброй феи на барабанах ждать не приходится… А возвращения еще ждут, так что есть возможность выстрелить. Песни у меня есть. Желание тоже есть, — я прищурился, глядя на Аду. — И ты этого хочешь. Сможешь полностью меня контролировать…
— Кто тебе сказал, что мне это надо?
Я прищурился.
— Тебе это надо. Ты ж не хочешь, чтобы мной занялась какая-то другая, более соблазнительная продюсерка. Так ты согласна?
— Согласна, — проворчала Ада.
— Замечательно. У меня уже даже готов контракт!
Она смотрела на меня, как на предателя. Я же добыл папку, заботливо приволоченную Алексом, добыл оттуда несколько документов и сунул Аде в руки.
— Можешь вносить изменения, я не против.
Ада посмотрела на бумаги. На меня. Опять на бумаги.
— Это не контракт о работе певца и продюсера, — наконец-то проронила она.
— Это он и есть. Разве ты не видишь?
— Кир! — возмутилась Ада. — Это брачный контракт!
— Он предусматривает, что я не буду делать ничего того, что обычно так тебя бесило. То есть ходить налево, приставать к другим бабам и напиваться до состояния нестояния, — усмехнулся я. — И никакой противозаконной деятельности, если ты вдруг сама меня об этом не попросишь.
Она еще раз посмотрела на контракт. Потом на меня.
— Ты предложил мне стать твоим продюсером, — наконец-то мрачно проронила Ада. — Продюсером! Не женой!
— Да? — удивился я. — Ну, извини, ты сама меня перебила. Я вообще-то еще хотел сказать, что не представляю свою жизнь без тебя, что мне нравится дышать с тобой одним воздухом и постоянно быть рядом, да и вообще, если ты станешь моей женой, ты сможешь распоряжаться мной как тебе только в голову взбредет. Но это будет взаимно, — я добыл из кармана бархатную коробочку и протянул Аде. — Так вот. Раз на продюсера ты согласна, я могу надеть его тебе на палец?
Ада смотрела на меня, не мигая. Потом выдала:
— Придурок.
— В брачном договоре есть пункт о том, что я могу немного тупить, — согласился я. — Но дышание одним воздухом, смотрение в одном направлении и все прочее это не отменяет. И в болезни, и в здравии…
— Чокнутый дебил!
— И в горе, и в радости…
— Заткнись, Кирилл!
— И в богатстве, и в бедности…
— Я согласна.
Я умолк и уставился на нее.
— Ты?..
— Согласна, — выпалила Ада. — Я буду твоей женой. Но это не значит, что я от этого стану менее строгим начальством. Понял?
— Конечно, — утвердительно кивнул я. — В твоих сверхспособностях никто не сомневается. Ну что? Ты позволишь мне надеть кольцо тебе на палец?
Она кивнула и подала руку. Я улыбнулся и, добыв все-таки простое помолвочное кольцо, между прочим, уже три года болтавшееся на дне Адиного вишлиста с пометкой “только приватный просмотр”, осторожно надел его девушке на безымянный палец.
А потом встал и наконец-то поцеловал.
…Несомненно, Ада не могла позволить всему произойти слишком легко. Конечно же, она должна была раздраженно на меня накричать. Исцарапать. Оттолкнуть. Но в этот раз она того не сделала.
— Не думала, — прошептала девушка, затихая в моих объятиях, — что ты когда-нибудь позовешь меня замуж. И вернешь мне группу.
— Я не могу вернуть тебе группу. Только себя, — покачал головой я.
— Этого будет достаточно. Если ты мне дашь доступ к своей инсте, и я смогу сама посылать нафиг твоих поклонниц!
— Да не вопрос, — закатил глаза я. — Сколько пожелаешь. У меня же будет любимая жена. Зачем мне поклонницы с неприличными подозрениями.
Ада хихикнула.
— Ты еще не представляешь, на что подписываешься!
— Вот я-то как раз и представляю, — я устроился рядом с ней на кровати, обнял девушку за плечи, привлекая ее к себе, и уткнулся носом в ее распущенные волосы. — Я думал, что мне удастся выдернуть тебя из своего сердца, но ты слишком глубоко пустила корни. Я не представляю нашу жизнь по отдельности друг от друга…
— Ты говоришь так патетично, словно тебя покусал Матвей, — проворчала Ада.
Я рассмеялся.
— У добрых фей не бывает клыков, чтобы кусаться! Потому Матвею пришлось изрядно трясти крылышками, чтобы немного натрусить пыльцы в конверт и отправить мне его по почте. Для вдохновения.
Ада ничего не ответила. Мы умолкли на несколько минут, просто наслаждаясь компанией друг друга. Я перебирал ее светлые пряди и почему-то вспомнил, что в далеком прошлом у Ады был другой, естественный оттенок. Свой. Тогда она не красила волосы в этот мерзкий серебристый, не надевала на лицо маску чудовища и ни от кого не пряталась…
— Наша свадьба будет летом, — прошептала она. — В каком-нибудь роскошном саду.