Буквально через секунд 20 крокодил закашлял и начал глубоко дышать. Раны, ссадины, порезы, на глазах стали затягиваться. Мелкие раны вовсе исчезли, как будто их вовсе не было, а большие покрылись коркой, будто уже почти зажили. Надо и себе таких на всякий случай флакончиков прикупить, мало ли что случится, вдруг моя сила исчезнуть, должен быть запасной вариант. К Рахлу постепенно начали возвращаться силы и он присел. Выдал нецензурные выражение, оценивая все что произошло, а потом заговорил со мной:
— Монах, отойди подальше, а то я сейчас потеряю сознание, ты воняешь! — смеясь говорил он. — Я шучу, но помыться тебе точно нужно и сварить отвар из плоти мертвеца, а то ты весь в его жиже. — пояснил крокодил.
— Ты как себя чувствуешь? — спросил его, хотя видел что ему на много лучше.
— Не переживай за меня. Это хорошие зелье, дорогое, только жалко денег, ну жизнь дорожи любых денег. Мне больше интересно откуда ты такой сильный, сила есть, а вот техники и умение явно нулевые. Надеюсь, ты мне потом расскажешь, а сейчас лучше убери этот кристалл подальше.
Потом я помог встать Рахлу на ноги и мы потихоньку пошли к каравану, а он мне рассказал про кристалл. Он сказал, что кристалл этот творение рук алхимиков, причем сильных алхимиков. Кристалл трудно изготовить и стоит не мало. Значит все это не случайно. Он посоветовал спрятать его, а потом можно дорого продать или отнести городским властям, что бы они разобрались с этим делом. Крокодил пояснил, так как я убил толстяка, значит это моя добыча и мне решать, что делать с ней. Когда мы уже подошли к каравану, крокодила уже мог сам передвигаться. Он сел на своего ящера, который уже крутился около него и громко закричал:
— Опасности больше нет, мы победили! Но есть и потери, мы должны быть благодарны тем воинам, которые пали в баю. Они отдали жизнь, что бы мы с вами жили. — произнес победную речь Рахл, и следом продолжил говорить. — Люди, не разбредайтесь не куда, будьте на глазах друг у друга, а мне и моим воинам нужно сжечь все трупы, что бы они опять не встали. Это займет время по этому мы тут задержимся. — развернулся и поехал решать проблемы.
После его слов люди, которые собрались в кучу и слушали Рахла, дружно зашушукались между собой, обсуждая все случившиеся. И тут услышал звонки голос Борны.
— Свет, Свет, Свет! — кричала и бежала ко мне она и в пару шагов остановилась. — Фу что за вонь? В чем ты весь? Ты тоже дрался? — как обычно сотни вопросов за секунду выдала она.
— А вы ни чего не видели? — задал я встречный вопрос, который меня интересовал.
— Нет, мы седели в повозках, как нам было велено. Мы думали нам все, хана! А ребенок так плакал, а я успокаивала, а все молились…. — без умолку лепетала она.
Интересно у нее нет мозоля на языке, чтоб так быстро говорить, тоже нужно умения. Мне совершенно не интересно слушать это. Дав ей понять, что мне сейчас не до ее болтовни и велел ей заняться своими делами, отошел подальше, а то на запах люди стали обращать внимание.
Уже наступало утро, каждый занимался своими делами, обычные люди в основном спали, а воины зажгли погребальные костры. Я сидел в отдаление и наблюдал. Потом ко мне подошел худощавый Окта, сунул мне какой-то бутылек с мутной субстанции и велел выпить:
— Выпей, это отвар из мертвеца, его передал Рахл и сказал чтобы я проследил как ты выпьешь. — улыбаясь говорил он.
Делать было нечего, Рахл говорил про возможную смерть, если заразится. Я выпил. Лучше бы я умер, чем пил эту дрянь. Такое отвратительное поело, не когда не пробовал. Меня скрутило, чуть не проблювался. Хорошо длилось недолго, и меня быстро отпустила. Окта, ржал глядя на меня и ели как сказал:
— Прости, я должен был на это посмотреть. И да вот еще, чистые вещи и мыло, иди хорошенько помойся. Только сними свои, мы их сожжем. — бросая на землю вещи и мыло говорил он.
— Я сам сожгу. — настоял я.
— Как хочешь, только сожги, эта мера не только из за вони и мало ли кто может заразиться от них. — сказал убегая по своим делам он.
