— Я знал, что ты все еще любишь ее, Уилл. Но я тогда принимал наркотики. Я был полным дерьмом. А может, и не в этом дело. Наверное, просто эгоизм. Не знаю…
— Не важно, — ответил я. Это и в самом деле не имело теперь значения. — Я все-таки не понимаю. При чем тут Джули?
— Она помогала мне.
— В чем?
Кен закурил. Я заметил у него морщины. Лицо сохранило тонкость черт, но стало более жестким. Это, впрочем, делало его еще красивее. Глаза сохранили холодный голубой цвет.
— Они с Шейлой дружили и вместе снимали квартиру в Хавертоне. — Брат покачал головой. — Дело в том, что Джули принимала наркотики. В этом я виноват. Когда Шейла поступила в колледж, я познакомил их. И Джули втянулась. Тоже стала работать на Макгуэйна.
Примерно так я и думал.
— Продавала наркотики?
Он кивнул.
— А когда меня арестовали и я согласился работать на ФБР, мне понадобился помощник. Вначале было страшно, потом мы увидели в этом путь к освобождению. Что-то вроде искупления, понимаешь?
— Кажется, да.
— За мной постоянно следили. А за Джули — нет. У них не было оснований в чем-то ее подозревать. Она помогала мне выносить документы, и записи я тоже отдавал ей. Вот почему нам нужно было встретиться той ночью. У нас уже было достаточно информации. Мы собирались отдать ее федералам.
— Не понимаю, — удивился я. — Зачем вы держали все это у себя? Разве не проще было отдавать материалы по мере того, как вы их получали?
Кен улыбнулся:
— Ты же видел Пистилло?
Я кивнул.
— Ты должен меня понять, Уилл. Я не хочу сказать, что все полицейские продажны. Но некоторые — да. Сказал же кто-то Макгуэйну, что я в Нью-Мексико. Хуже того, некоторые федералы, вроде Пистилло, слишком честолюбивы. Мне нужен был козырь, чтобы торговаться, я не мог оставаться перед ними голым. Я хотел передать им материалы на своих собственных условиях.
Это было логично.
— Но Призрак выследил вас.
— Да.
— Каким образом?
Мы подошли к изгороди. Кен облокотился на нее. Я обернулся — отец с Мелиссой были далеко.
— Не знаю, Уилл. Мы с Джули так испугались… Дело уже близилось к концу, мы почувствовали, что свобода совсем близко. Мы были в подвале, на кушетке, и начали целоваться… — Он отвернулся.
— И что дальше?
— У меня на шее вдруг оказалась веревка. — Кен глубоко затянулся. — Мы с Джули лежали на кушетке, Призрак незаметно подкрался к нам… Я почувствовал, что задыхаюсь. Он рванул веревку к себе, я думал, что моя шея сейчас сломается. Я даже не знаю, что случилось в следующий момент, — наверное, Джули оттолкнула его. Он ударил ее в лицо. Я освободился и хотел броситься на него, но Асселта вытащил пистолет и выстрелил. Пуля попала мне в плечо. — Он закрыл глаза. — И я убежал. Боже мой, я просто сбежал…
Кругом была ночь. Я слышал трели цикад. Кен несколько раз затянулся. Я знал, о чем он думает. Убежал… А она умерла.
— У него был пистолет. Ты не мог ничего поделать.
— Да, конечно, — неуверенно сказал Кен. — Что было дальше, ты, наверное, догадываешься. Я приехал к Шейле, мы забрали Карли… У меня были отложены деньги. И мы уехали. Только через несколько дней, когда газеты начали писать про убийство Джули, я понял, что бегу не только от Макгуэйна, но и от всего мира.
Я задал вопрос, который волновал меня с самого начала:
— Почему ты не рассказывал мне о Карли?
Он отдернулся, будто получил удар в лицо.
— Кен?
Брат смотрел в сторону.
— Может, не будем сейчас об этом, Уилл?
— Я хочу знать…
— Это вовсе не тайна. — Голос Кена звучал странно. Казалось, первоначальная уверенность возвращается, но не полностью. — Я был в опасности. Федералы взяли меня незадолго до ее рождения. Я боялся за нее и поэтому никому не говорил, что она существует. Ни одной живой душе. Я часто бывал там, но не жил с ними. Карли все время была с матерью и с Джули. Я не хотел, чтобы ее связывали со мной. Ты понимаешь?
— Да, конечно, — сказал я.
Кен улыбнулся.
— Что?
— Просто вспомнил лагерь.
Я улыбнулся в ответ.
— Мне нравилось здесь, — сказал он.
— Мне тоже. Кен…
— Да?
— Как тебе удавалось так долго скрываться?
Он усмехнулся. Потом произнес одно слово:
— Карли.
— Карли помогала тебе прятаться?
— То, что я никому не сказал о ней. Это спасло мне жизнь.
— Как это?
— Все искали беглеца, то есть одинокого мужчину. Максимум с подружкой. Но не семью из трех человек. И это помогало нам переезжать с места на место и не попадаться.
Это тоже было логично.
— Федералам тогда просто повезло, — продолжал Кен. — А может… Мне иногда кажется, что я сам хотел, чтобы меня поймали. Жить так, как мы жили, всегда в страхе, нигде подолгу не задерживаясь… Это тяжело, Уилл. Я так скучал по всем вам… Особенно по тебе. В общем, расслабился немного. А может, и сам хотел, чтобы все наконец закончилось…
— И они добились твоей выдачи…
— Да.
— И заключили с тобой еще одну сделку?
— Я был уверен, что они повесят на меня убийство Джули. Но когда встретился с Пистилло… В общем, ему был нужен Макгуэйн. Джули — так, между прочим… И они знали, что я не убивал ее, так что… — Он пожал плечами.
Кен рассказал о Нью-Мексико. Он так и не сообщил федералам о Карли и Шейле, чтобы уберечь их от опасности.
